Творческая разработка по литературе на тему: Ярче северного сияния поэзия земли Сибирской

Что Сибирь для меня — слово ходкое!
Неожиданная находка?
Нет, Сибирь – мне по праву данное,
Неразмотанное приданое.
Ты лицо снегами бели,
Мне уверенней быть вели.
Ты мне гордость мою утрой.
Ты судьбу мне крепко устрой.

Сегодня у нас очередная встреча, и вы уже поняли
из строк этого стихотворения, что она посвящена
поэзии земли сибирской.

Вот сейчас пронеслось легкое облако с
опаловыми краями, на землю совсем недавно с
невиданной быстротой кружили снежинки.
Лазоревые сугробы отливали алмазным блеском. А
снежинки, как звездочки, падали и падали. Но
сапфировый блеск снега исчез, его сейчас
затмевает солнце.

Стеклянный звон,
Фонтаны льда над руслом,
Большой воды неукротимый гнев,
Как будто бы вверху оледенев,
Сиянье северное рухнуло, как люстра.

И рассыпалось осколочными искрами сияние
Севера. И каждый кристаллик самобытен и сияет
по-своему.

Дар писать – дар от Бога. Поэтому каждый поэт
нашего родного края открывает его для себя сам.

Холодная, загадочная Сибирь.

Сколько чудных песен поют тебе, сверкающие
перекатами волны сурового Енисея и Угрюм-реки! И
недаром! Ведь твои просторы обширны и богаты: с
запада на восток ты протянулась от великого
Енисея почти до Лены, с юга на север – от
Подкаменной Тунгуски до хребтов Путорана. На
вздыбленном сопками куске суши разместилось бы

Чуть не тысяча штук Люксембургов…
Десять полных Великобританий по росту…

А в декабре на южной твоей окраине показывается
тусклое солнце, в то время как на северном
господствует непроглядная ночь.

Он прекрасен, наш край. Словно каменные своды
вздымаются над твоими могучими реками седые от
времени черные скалы. Окутаны они фиолетовой
дымкой на исходе осени, а весной набрасывают на
свои дивные, упругие плечи серебристое, сияющее
звездами покрывало белеющей ночи.

Тайга же так прекрасна, что сравнить ее ни с чем
невозможно. Словно подснежники, распускают
яхонтовые бутоны розовых цветков брусника и
ландыш. Как протяжен и глух крик лебедей на
“глазницах озер”, в которых светятся, “словно
ягоды, звезды”! В легкой завесе тумана
поднимаются Саяны, поражающие своим величием и
красотой. Пестрые ковры лютиков, одуванчиков,
волнующиеся волны ковыля, звон птичьих голосов,
жужжание пчел… и нам не верится, что где-то есть
на свете более живописные уголки природы!

Великий край! Какие возможности ты таил в себе
столько лет! Еще А. П. Чехов в одном из своих
очерков писал: “Я стоял и думал: какая полная,
умная и смелая жизнь осветит со временем эти
берега!” Антон Павлович не ошибся. Сейчас город
Красноярск – один из крупнейших индустриальных
центров Сибири. И невозможно представить, что лет
триста назад на месте современного города в
живописных зарослях была маленькая деревня:

Где же эти норы –
Избушки, пахнущие гнилью,
И обветшалые заборы,
Насквозь пропитанные пылью,
Что столько лет в прибрежной круче
Лепились старчески сутуля?
Их нет в помине. Их могучей
Рукою времени смахнуло!

Город тянется плотной полосой заводов, фабрик,
многоэтажных красавцев-домов, замечательных
архитектурных культурных зданий – вот что
отличает Красноярск сегодняшний.

И не случайно именно наш Красноярский край, его
живописные окрестности, революционное прошлое
города, его достопримечательности, не раз
запечатленные в живописи, его настоящее с
грандиозными перспективами будущего, нашли
отражение в художественной литературе.

С. Снегов, Б. Полевой, О. Берггольц, А.
Безыменский, Р. Рождественский, В.Чивилихин и
многие другие поэты и писатели свои лучшие
произведения посвятили богатой Сибирской земле,
ее людям-труженикам.

Не случайно в городе Красноярске и других
уголках нашего края был организован необычайный
праздник – неделя литературы – “Енисейские
встречи”, праздник, на котором присутствовали
многие поэты и писатели г. Москвы, г.
Санкт-Петербурга и других центральных городов
страны.

И невольно вспоминаются слова поэтессы Д.
Терещенко: “Я счастлива, что увидела здесь
воочию Сибирь и почувствовала, как ей необходима
поэзия”. Закончила она свое выступление словами
поэта Филиппова из города Читы:

Провинция столицу настигает,
У ней неплохо варит голова.
Провинция задорно посягает
На гордые столичные права.

Да, сегодня в нашем крае, крае подвига, своя
литература, свои писатели. Р. Солнцев,

В. Назаров, З. Яхнин, А. Федорова и многие другие
– поэты, имена которых привлекают внимание и
далеко за его пределами. Замечательные поэты
посвящают свои звонкие голоса, как эхо,
раздававшиеся по всему миру, размаху сибирских
просторов, в вышине над которыми сверкает
разноцветными огнями сияние Севера.

Тонкий лиризм и глубокое понимание всей гаммы
человеческих отношений свойственны поэтам
нашего края. Да и не могут оставить их
безучастными мерцающие звезды, плавающие в
берегах Енисея, зовущие петь об ответственности
человека перед всей этой красотой, перед
историей.

Об этом и звучат стихи эвенкийского поэта
Алитета Немтушкина, который глубоко
заинтересовал меня. Именно Родина, родная земля
– главная тема его книги стихов “Костры моих
предков”. Поэт пишет в ней “о счастье новом,
солнце новом”, которое “обрели для себя
эвенки”. Образ его героя – человека, сидящего у
костра, ладонями разбрасывающего необходимые
людям искры, необычайно важен для Алитета
Немтушкина. Перед ним “лежит белый лист, точно
тонкий лед”, и поэт набирает множество “хороших,
звонких слов, чтоб по ним огонь пускался в пляс”.
Лирика А.Немтушкина привлекает меня все больше:

Из эвенков первый задумал я
Разводить костры на бумажном льду.
Чтобы песни, как искры, пронзили тьму.
Чтобы грели в стужу людские рты.
Приходите, друзья, к костру моему
И плесните в огонь своей доброты.

Прелестную тайну красоты природы сумел
раскрыть эвенкийский поэт:

Отчего пламенеют леса
И сверкают на сто ладов?
Или огненная лиса
Набросала здесь рыжих следов?
Отчего розовеет туман?
И хочу я спросить еще:
Отчего каждый куст румян,
Словно чем-то сильно смущен?
Даже в самой густой тени,
Как костры, на каждом шагу…
Это в жаркие летние дни
Целовало солнце тайгу!

Какая смелая точность, какое торжество
эпитетов!

Сон сковал озер глазницы,
Загустел туман белесый,
Улетая, плачут птицы –
Это осень, это осень.

Мелодичные звучания его стихов наполняют меня
яркими, броскими ощущениями. Зачитываюсь ими.
Хочется без конца повторять неповторимые строки
вслух!

Радуют меня и стихи Игнатия Рождественского.
Хотя его нет среди нас более, голос его
по-прежнему звонок и не смолкаем, а стихи его
бессмертны. Восхваление родного края – вот что
свойственно ему в его стихах, в которых он ведет
задушевный разговор о Сибири и сибиряках. Его
сборники “Северное сияние”, “Голубой вымпел”,
“Костер над Енисеем”, “Тропинки Родины моей”,
“Сквозь годы”, “Сердце русское” завоевали
огромную симпатию читателей. От первой книги к
последующим все более глубоким становится охват
действительности поэтом. Превосходное знание
края и восторженная влюбленность в суровую
красоту его природы, в его людей, уважение к
прошлому, вера в светлое будущее – вот живой
родник, из которого бьет ключом поэзия И. Д.
Рождественского. “Верность – верность Родине,
верность родной Сибири, верность любимой” -
отличительная черта его, по словам поэта В.
Луговского. Поэтический дар Игнатия
Рождественского был поистине подобен течению
родного Енисея, который становится все глубже и
полноводнее. Великий жизнеутверждающий пафос
свойственен многим его стихам:

Здесь все твое! Весь край суровый,
И широта, и высота,
От малой веточки кедровой
До исполинского хребта.
Здесь все твое! Луга и нивы,
Цветы, туман и облака,
И ветер мягкого порыва,
И трав шумящие шелка.
Здесь все твое! Владей умело
Всем, что завещано тебе.
Здесь все твое! Впрягайся в дело,
Вовек не кланяйся судьбе.
(“Здесь все твое”)

“В лирике он сам собою, своеобразен, сказочен”,
- вот поистине справедливые слова профессора
Малютиной А.М. Ведь в стихах Рождественского
действительно виден сам поэт, которого
пронизывает радость и восхищение огромными
богатствами Сибири. Энергия рек, леса, нефть,
руда, золото, алмазы, гремучие ручьи – все это
здорово! Но ведь дороже всего люди: звероловы,
чабаны, шоферы, геологи, учителя, ученые и многие
другие.

Где найдешь края такие,
Хоть пройди полсвета, полземли?
Здесь у нас потоки буровые,
Соболи, пшеницы наливные,
Лиственницы, скалы, хрустали.
Здесь у нас морошка и черника,
Сливы, не боящиеся зим,
Люди здесь от мала до велика
Хлебосольством славятся своим.
(“Мой край”)

И поэт не мыслит себя без Сибири, без своих
родных сибиряков.

Сибирь… Какая ты яркая в зрении стихотворца,
написавшего про тебя!

Я ждал вас, от волненья замирая,
До боли всматриваясь в синеву,
Стелилась степь весенняя без края,
Где ветер гладил нежную траву.
И вдруг с холма в рассветной позолоте
По горизонту ближнему всему
Вы, словно птицы сильные на взлете,
Открылись разом взгляду моему.
Могучи, беловерхи, синегранны,
Как много лет я жил от вас вдали!
И я к вам руки протянул, Саяны,
И я вам поклонился до земли.
(“Саяны”)

Видать, сильно любил Игнатий Рождественский
наш могучий край, если Саяны в его стихах “лучами
звезд январских осиянны”, снегопад, как белый
бархат, а Сибирь – это “Отчизна снежного
бурана”…

В 1971 году в г. Красноярске вышло посмертное
издание стихов.

И. Рождественского, последние творения
которого еще раз подтвердили, что бесконечная
любовь к Сибири навсегда сохранилась в его
сердце. Игнатий Рождественский оставил нам
огромный мир от “седых просторов океана” до
“синих дымчатых Саян”. Его стихи накалены
глубоким чувством любви.

Костер вечерний – продолженье дня,
На синем-синем берегу речном
Горит, потемки стылые тесня.
И искры осыпаются зерном,
Чтобы кострами новыми взойти.

В одном из своих стихотворений поэт написал:

Я хочу, чтобы с горем-злом,
Мое слово всю жизнь боролось,
Словно с бурями волнолом.

Полные любви к жизни, к людям оставил нам эти
строки И. Рождественский.

Такой же яркой звездой является Зорий Яхнин.
Этот знаменитый поэт до глубины души и навсегда
“ сибиряк “. Почти все его стихи о Сибири. В них
мы видим описание суровой и прекрасной природы.

Пока еще горит осина алая.
Но все-таки замолкнул птичий гам.
Береза, будто женщина усталая,
Светло одежды сбросила к ногам.
В краю моем поболе полугода
Нам ожидать и звать к себе весну.
Но на душе легко, когда природа
Готовится не к смерти, а ко сну.
(“Пейзаж”)

С чувством глубокого волнения было прочитано
мною обращение Зория Яхнина к одухотворенной
Сибири-матушке:

Все вынесла:
И горькую суму,
Пиры бояр,
Опричнины гоненья.
Я поклонюсь терпенью твоему.
Но мне твое дороже нетерпенье.
Когда, освобождаясь от оков,
Ты сбрасываешь – было это, было –
С хребта, как норовистая кобыла,
Жестоких неумелых ездоков.

Но ведь не только красой и несметными
богатствами земли славен наш край. И люди здесь
особой закалки. Поэт знает и любит их, сильных,
гордых, отважных. Они – герои книг Зория Яхнина:

Не спрашивая, сколько платят,
Мы сразу говорили “да”.
И вот уже нас гулко катят
К туманным стройкам поезда.
И если бы вернулись леты,
Я повторил бы их опять.
Прорабы, мастера, поэты,
Позвольте всех мне вас обнять.
И вас, — парторг в автомобиле,
Седая девушка – и вас.
Меняли ль мы лицо Сибири?
Но уж она меняла нас.

А какие прекрасные картины проводов русской
зимы в Красноярске сумел показать поэт!

А там, ну я вам доложу,
Дед озорной на тройке-птице
Нетерпеливо мнет вожжу
В горячей красной рукавице.
Над старым пнем клубится пар,
И, подбоченившийся лихо,
На пне танцует самовар,
Как поп, вернее, как купчиха.

Стихи Зория Яхнина удивительны, будто вытканы
из нежнейшей пряжи, обращают на себя внимание
своей яркостью и простотой.

Замечательны строки поэта о глубоком понимании
чувства настоящего человеческого достоинства, о
величии Человека, где бы он не был, чем бы ни
занимался:

Теперь я знаю, мы спешим за веком,
И дело не в дорожной суете.
Ах, где б ни жить,
Прожить бы человеком,
В Сибири ли, Москве, Алма-Ате.

И также неповторим и оригинален в своих стихах
Анатолий Третьяков. “Цветы брусники” — так
называется его первая книга. Чудесно, правда?
Прекрасные слова посвятил поэту Вячеслав
Назаров: “Я желаю Анатолию Третьякову надолго
сохранить эту солнечность взгляда, эту сочность
письма, а когда пробьет час – упасть на русское
поле не желтым листом, а добрым семенем”.

Отрадно, что поэт А. Третьяков сумел сберечь в
себе сверкающие лучики солнца:

И облака узорной тенью,
И отражение ракит,
И звезд мгновенное паденье
Ночное озеро хранит.

Поэт сумел создать выразительные картины
сибирской природы, показать весь звонкий колорит
ее:

Над речкой горел разноцветный закат,
Сиял, изнутри распираем от радуг,
И весь перламутровый тек перекат,
И гуси летели отряд за отрядом.

Анатолий Третьяков твердо убежден, что стихи он
написал еще не все, что лучшие из них впереди:

Мой листопад, не первый листопад.
Но не последний.
В это твердо веря,
Вся золотая, весело тропа
Мчит, как ручей,
Средь сумрачных деревьев…

Есть у меня и бесконечно любимые поэты. Вот к
ним-то я и отношу Романа Солнцева. Его еще первые
сборники “Годовые кольца”, “Необщая тетрадь”,
“Вечные леса”, “Птица с яркими глазами”,
“Белая ветка” обратили на себя внимание в
издательствах города Красноярска и даже Москвы.
Он, поэт, сам осваивал Сибирь, но не по учебникам и
картам, а объездил наш край из конца в конец,
многое увидел, многое воспринял восторженно. И
Роман Солнцев тоже, как и И. Рождественский, по
словам

Г. Кубицкого, не рассказывал о Сибири, а пел ее в
стихах и прозе.

Над степью хакасской взрываются грозы,
Темнеет земля, белеет земля…
Отары овец тихо дремлют в низине,
Средь синего лотоса и чабреца.
Но движется ливень медведем в малине –
Шумя, и сопя, и ломя до конца!

Роман Солнцев своему творчеству предъявляет
высокую требовательность:

Могу я в мыслях запастись терпеньем,
Все обойти, сойти с ума, истлеть,
Но – пусть живет добром и вдохновеньем
Водой еще не залитая треть
Земли. И пусть не привыкают дети
В печурку раскаленную смотреть.
И пусть вам сладко
Дышится на свете!

Очень богата палитра поэта. Сама манера его уже
интересна: чувство поэта крепко соединено с
повседневной жизнью и как бы передает
разнообразие оттенков, какое ему дарит мир. Его
лирика – поэтическая исповедь тонкой чуткой
души влюбленного в жизнь, молодость, красота
человека. Нужно только понять его стихи,
почувствовать его дыхание.

В небе снег, на берегу.
Черная вода.
Снова к северу бегу.
Мимо – города.
Трактора да бревен ряд –
Желтая гора –
Где я много лет назад
Грелся у костра.
Но сегодня мне назад
Не вернуться в срок…
Как мочалку теребят
Люди костерок.
И не греет — лишь блестит
На ветру огонь…
А кораблик мой летит,
Чувствуя огонь…

Раньше я думал, что стихи Романа Солнцева – это
“белая ветка”. Теперь скажу точно: с этой ветки
ему удалось сбросить снег:

Какое счастье — просто жить,
Как птица в ветках.

Какое счастье – поступить
Не так, а этак.
Какое счастье – быть таким,
Каким ты хочешь.
Как хорошо – кострища дым
Среди урочищ.

А роща для Романа Солнцева “шумит и вздыхает”,
в нее “входит зеленый свет, раздвигающий свои
пределы день”.

Здесь из золота дешевле ветка, чем живая…

Потому и манят на полярном круге – Человека!

Поистине Роман Солнцев зрелость обрел на земле
Красноярской и стал сибиряком.

Да, много поэтов хороших и разных на земле
Сибирской, чьи стихи покоряют меня своим
удивительным сиянием. И хочется о всех сказать
множество добрых слов, немного коснуться их
творчества,

Если в творчестве В. Назарова привлекает меня
“вечное единство”, переливающееся всеми
цветами радуги

А солнце не всходит.
А солнце не всходит
С востока.
Кристаллики солнца
Хранятся в росинках
До срока.
Шмели на закате
Смотали лучи его в шпули.
В цветочных бутонах
Лучи до рассвета уснули…

- то в стихах Казимира Лисовского ласкают меня
строки долгого луча света.

Как только начну о Сибири,
Волнуясь, писать допоздна, —
Тотчас исчезают в квартире
Спокойствие и тишина…

- так начинается книга стихов К. Лисовского
“Гостеприимство”.

Почти все из них – гимн вечной мерзлоте,
пылающей тайге, отсвечивающей “оранжевым,
лиловым, жёлтым, красным”.

Как смешно и забавно бегут в его стихах
берёзки-карлики “к созвездиям полярных
городов”. А стихотворение “Серебристые ели”
поёт о деревнях, у которых “кровные сёстры
застыли у Мавзолея”:

Хвоей шумят своей серебристой
Ели Семинского перевала.
Издали кажется: это иней
Стройные ветки окутал властно,
Сделал серебряным, сделал синим
Великолепное их убранство.

Все строки стихов Казимира Лисовского для меня
проникновенные и бескочно добрые, их нельзя
передать, нельзя лучше выразить ту мысль, которую
он хотел передать:

Вы бывали когда-нибудь на Енисее?
Если не были, я не завидую вам!
Много рек я видал, но тоски не рассеял
По его белопенным, студеным волнам.
Начиная стремительно бег исполинский,
Он упрямо несёт караваны судов,
Синий – в Тодже, зелёный у скал бирюсинских,
Светло-серый – у самых арктических льдов.
(“На берегу Енисея”)

Много чудесных песен удалось поэту сложить и о
вековой тайге.

Без прикрас перед нами вся невыдуманная
красота сибирских просторов!

А какие тут горные цепи!
А какие – от края до края –
Медуницей пропахшие степи!
Воздух чище воды родниковой…
Всем Сибирь и щедра и богата!
Здесь для юности край непочатый.
Впрочем, что убеждать вас стихами?
Приезжайте…
Увидите сами!

“Царство лесного Берендея” сумел раскрыть К.
Лисовский, в котором

Стоят причудливые скалы –
Тысячелетние “Столбы”.

Как чудесны и ярки эти строки! И действительно,
в творчестве Казимира Лисовского чувствуется
полная жизненная сила, которую он щедро
раздаривает нашим буйным рекам, мохнатым рекам,
цветам, разбежавшимся по увалам, чертогам
полярной ночи, звёздным осколкам, родному
Красноярску и его людям-труженикам!

Так и поэты нашего города свою, светлую лирику,
протягивают в самую гущу жизни. Недавно вышел
сборник стихов Николая Гордеева, Виктора
Журавлёва, Ивана Захарова, Петра Коваленко,
Сергея Кузнечихина, Сергея Мамзина, Василия
Нагая, состоящий из маленьких книжечек отдельных
авторов, соединённых в одной рубрике “Встреча!”.
Стихи этих поэтов меня заинтересовали своим
своеобразием, тонкостью, они не пишут о крутых
перевалах тайги, если их не видели, повествуют
лишь о том, что мелькнуло перед их взором,
запомнилось и навсегда осталось в сердце. Вот
Василию Нагаю принадлежат такие строки:

Над предрассветною рекой –
Тумана ветхая завеса,
Жарков среди поляны ком,
Как будто вскрыто сердце леса.
Жарки – у трасс, в тени рябин, -
От них и пламенно и ало,
И может, даже цвет турбин
Пошёл от них – так полыхало…

И ведь, правда, напоминают звёздочки жарков
лучики оранжевого света! Их много набросано на
косогорах, среди берёз и рябин!

А Николай Гордеев мастерски сравнивает “рек
потоки” с ”руками матерей”:

Сибирь моя, держава снеговая,
Отечество моё и колыбель.
Зачем, когда в чужих краях бываю,
Меня зовёт к себе твоя метель!
Зачем манят кедровники и плесы,
Трубит сохатый праздничным гудком?
Зачем твои чалдонушки — берёзы
Мне машут белым утренним платком?

Чудесные стихи Н. Гордеева были не раз
опубликованы в газетах.

“Комсомольская правда”, “Красноярский
комсомолец”, в журналах “Огонек”, “Смена”.
Стихи трогательны и нежны, наполняют меня
щедротой своего сердца, зовут “в душный зной
припасть к ручью таёжному иссохшими губами”.

Сибирь! И чаще бьётся сердце,
И тает грусть, как лёгкий дым,
Я мог бы кажется согреться
Одним лишь именем твоим.

И я вновь и вновь вместе с певцами своего
родного края, задумываюсь о том, как прекрасна
Сибирь и как неповторимы её просторы!

Безмятежные поля, каменные кружева гор, “
снежинки хрустальные” первого подснежника,
доверчивые зверюшки, снежная песня твоих
незабвенных метелей, синь Енисея, отзывчивые
люди – вот моя родная земля, воспетая в стихах!

И так порой тянет меня пройтись по тропинкам
полного чудесных открытий детства и вспомнить
неожиданно увиденное мною яркое северное сияние!

Да, вся поэзия земли Сибирской ярче
неповторимого и разноцветного сияния севера и
громче громовых ударов, потому что голос поэта,
как эхо в горном ущелье, ДОЛОГ, БЕССМЕРТЕН, ВЕЧЕН!

Следующий: