Тема и идея произведения Пушкина На холмах Грузии очень…


тема и идея произведения Пушкина На холмах Грузии очень нужно срочно!

  • Ранчин А. М. Давно известно, что особенность стиля «поздней» пушкинской лирики — простота и ясность, появляющаяся в стремлении к точному словоупотреблению, в стремлении избегать поэтических метафор, в ограничении доли условной поэтической лексики. По словам замечательной и тонкой исследовательницы русской поэзии Л. Я. Гинзбург, «от прозрачного элегического стиля Пушкин шел не к повышенной образности, а, напротив того, к “нагой простоте”. < …> Лирическое слово зрелого Пушкина живет не изменением или замещением значений, но непрестанным их обогащением» (Гинзбург Л. Я. О лирике. Изд. 3-е. М. , 1997. С. 209). Конечно, это лишь одна из тенденций в лирике Пушкина конца 1820-х – 1830-х гг. , и с этой тенденцией по-прежнему соседствует установка на употребление традиционных поэтизмов, принятых в лирике метафор, и Пушкин нередко намеренно придает своему стилю черты поэтической условности. Но теперь этот условно-поэтический слог становится предметом осознанного выбора, а не обязательным признаком стихотворного текста как такового, как в поэзии Батюшкова, Жуковского и самого Пушкина в молодые годы. Но если поэтический текст лишен явных признаков художественности (таких, как метафоры, например) , что же делает его явлением литературы? Отказ от использования «классических» поэтических средств приводит к перенесению художественной функции на те элементы текста, которые прежде казались эстетически нейтральными, служебными. Это грамматические категории. В 1961 г. блестящий русский филолог Р. О. Якобсон, так суммировал результаты своей редакторской работы над переводами лирических стихотворений Пушкина на чешский язык: «Становилось все ясней: в поэзии Пушкина путеводная значимость морфологической и синтаксической ткани сплетается и соперничает с художественной ролью словесных тропов, нередко овладевая стихами и превращаясь в главного, даже единственного носителя их сокровенной символики» (Якобсон Р. О. Поэзия грамматики и грамматика поэзии // Семиотика. Сост. и общая редакция Ю. С. Степанова. Т. 2. С. 489). В этой работе он проанализировал «поэзию грамматики» в пушкинском стихотворении «Я вас любил; любовь еще, быть может…» . Но еще прежде он отметил это свойство пушкинской лирике в статье «Заметки на полях лирики Пушкина» (1936), впервые опубликованной по-чешски и переизданной в английском варианте: «В стихах Пушкина поразительная актуализация грамматических противопоставлений, особенно в области глагольных и местоименных форм, сочетается с тонким вниманием к выражаемому смыслу. Нередко отношения контраста, близости и смежности между грамматическими временами и числами, глагольными видами и залогами играют непосредственно главенствующую роль в композиции того или иного стихотворения; подчеркнутые фактом вхождения в конкретную грамматическую категорию, эти отношения приобретают эффект поэтических образов, и мастерское варьирование грамматических фигур становится средством повышенной драматизации поэтического повествования. Поистине трудно найти пример более искусного поэтического использования морфологических возможностей» (Якобсон Р. О. Работы по поэтике. М. , 1987. С. 215, пер. с англ. Н. В. Перцова) . Один из примеров удивительной простоты и ясности – стихотворение Пушкина «На холмах Грузии лежит ночная мгла» (1829). Попробуем прочитать этот текст, обращая особенное внимание на грамматические категории, в нем содержащиеся. На холмах Грузии лежит ночная мгла. Шумит Арагва предо мною. Мне грустно и легко; печаль моя светла; Печаль моя полна тобою Тобой, одной тобой… Унынья моего Ничто не мучит, не тревожит, И сердце вновь горит и любит — оттого, Что не любить оно не может. В пушкинском тексте есть лишь одна метафора: сердце горит, да и она – стертая, настолько привычная, что уже не замечается. Спустя почти сто лет Владимир Маяковский, чтобы оживить это поэтическое клише, изобразил пожарных, приехавших тушить «пожар сердца» лирического героя. Есть в пушкинском тексте, правда, и выражение лежи
  • «На холмах Грузии лежит ночная мгла… » было написано А. С. Пушкиным в 1829 году во время поездки поэта на театр военных действий в Закавказье. Тогда Пушкин был безнадежно влюблен в Наталью Гончарову. Он не надеялся на брак с ней, но никто не мог запретить ему любить Наталью, восхищаться ею, посвящать ей стихи. «На холмах Грузии лежит ночная мгла… » – это лирическое произведение, написанное в жанре элегии. Описание природы служит автору способом выражения чувств лирического героя, размышлений на тему любви. Но в стихотворении «На холмах Грузии лежит ночная мгла» есть и привычная для жанра элегии черта, легко узнаваемая современниками. Это лирическая ситуация, которую условно можно назвать так: размышления грустящего лирического героя ночью на берегу реки или ручья. Есть и ночь, очевидно навевающая печальные размышления, и река, наверное напоминающая о быстротечности другой реки — жизни. Но местность, где находится лирический герой, названа точно — это Грузия. И река имеет имя — Арагва. Так в стихотворении Пушкина не только дан мотив разлуки с родным краем и с «нею» , но и воссоздана некая автобиографическая ситуация. На берегу безымянного ручья мог оказаться всякий, «на холмах Грузии» и не берегу Арагвы — лишь какой-то конкретный, определенный человек. Автор повествует только свои мысли, причем не окрашивая их эмоционально. В стихотворении только одна метафора – «сердце горит» , но и она настолько привычна для читателя, что даже не воспринимается как метафора. А. С. Пушкин достиг «нагой простоты» , что делает произведение более искренним и понятным. Да, стихотворение Пушкина выглядит очень простым. Но эта простота достигнута искусными приемами, которые однако же неощутимы и незаметны. Лирическое произведение написано ямбом с перекрестной рифмой.



Следующий: