Подскажите какой-нибудь очень сильный стих, чтобы прямо за душу…

Подскажите какой-нибудь очень сильный стих, чтобы прямо за душу брал??

  • «Скифы» А. Блок. «Письмо к женщине» С. Есенин.
  • Муса Джалиль ВАРВАРСТВО 1943 Они с детьми погнали матерей И яму рыть заставили, а сами Они стояли, кучка дикарей, И хриплыми смеялись голосами. У края бездны выстроили в ряд Бессильных женщин, худеньких ребят. Пришел хмельной майор и медными глазами Окинул обреченных.. . Мутный дождь Гудел в листве соседних рощ И на полях, одетых мглою, И тучи опустились над землею, Друг друга с бешенством гоня.. . Нет, этого я не забуду дня, Я не забуду никогда, вовеки! Я видел: плакали, как дети, реки, И в ярости рыдала мать-земля. Своими видел я глазами, Как солнце скорбное, омытое слезами, Сквозь тучу вышло на поля, В последний раз детей поцеловало, В последний раз.. . Шумел осенний лес. Казалось, что сейчас Он обезумел. Гневно бушевала Его листва. Сгущалась мгла вокруг. Я слышал: мощный дуб свалился вдруг, Он падал, издавая вздох тяжелый. Детей внезапно охватил испуг, — Прижались к матерям, цепляясь за подолы. И выстрела раздался резкий звук, Прервав проклятье, Что вырвалось у женщины одной. Ребенок, мальчуган больной, Головку спрятал в складках платья Еще не старой женщины. Она Смотрела, ужаса полна. Как не лишиться ей рассудка! Все понял, понял все малютка. — Спрячь, мамочка, меня! Не надо умирать! —Он плачет и, как лист, сдержать не может дрожи. Дитя, что ей всего дороже, Нагнувшись, подняла двумя руками мать, Прижала к сердцу, против дула прямо.. . — Я, мама, жить хочу. Не надо, мама! Пусти меня, пусти! Чего ты ждешь? —И хочет вырваться из рук ребенок, И страшен плач, и голос тонок, И в сердце он вонзается, как нож. — Не бойся, мальчик мой. Сейчас вздохнешь ты вольно. Закрой глаза, но голову не прячь, Чтобы тебя живым не закопал палач. Терпи, сынок, терпи. Сейчас не будет больно. — И он закрыл глаза. И заалела кровь, По шее лентой красной извиваясь. Две жизни наземь падают, сливаясь, Две жизни и одна любовь! Гром грянул. Ветер свистнул в тучах. Заплакала земля в тоске глухой, О, сколько слез, горячих и горючих! Земля моя, скажи мне, что с тобой? Ты часто горе видела людское, Ты миллионы лет цвела для нас, Но испытала ль ты хотя бы раз Такой позор и варварство такое? Страна моя, враги тебе грозят, Но выше подними великой правды знамя, Омой его земли кровавыми слезами, И пусть его лучи пронзят, Пусть уничтожат беспощадно Тех варваров, тех дикарей, Что кровь детей глотают жадно, Кровь наших матерей.. .
  • Когда одна я, Совсем одна, И нет меня в мире одней, И так высоко стоит луна, Что земля темна и при ней, И холодный ветер пахнет травой, И веки смыкаются в полусне, Тогда встает на стене Река, И челн теневой. И в том челне старина Гек Финн Стоит вполоборот. И садится он, И ложится он. И плывет, закурив, плывет. И все, На попутных и встречных плотах Остроты ему слышны. И Гек прислушивается, привстав? Они ему тоже смешны. Но один, один, до того один! И я до того одна! И мысли наши легки, дегки.. . Ведь нет, Гек Финн, у твоей реки, Ни берегов, ни дна Н Матвеева
  • Мой талант вздыхать и выдыхать Мой талант рассеивать стогами Век под солнцем крохи собирать И под звёздами стоять ночами В моей власти слышать лай собак В моей силе слёзы лить под ивой Мне не жалко простых зевак Но мне жалко родину сильно Не могу смотреть на город Не тревожит он больше меня Помню раньше когда был молод Мог часами смотреть на поля Пусть сейчас я не стар годами Да, всего лишь семнадцать лет Я могу лишь шептать губами Про свой странный нелепый бред Отчего я такой не знаю В моих жилах всё та же кровь Отчего так душа пылает Отчего за отчизну боль Знаю я лишь один откуда В моём сердце есть место быть С этих слов начинаю утро Как её нельзя не любить
  • Сергей Есенин Песнь о собаке Утром в ржаном закуте, Где златятся рогожи в ряд, Семерых ощенила сука, Рыжих семерых щенят. До вечера она их ласкала, Причесывая языком, И струился снежок подталый Под теплым ее животом. А вечером, когда куры Обсиживают шесток, Вышел хозяин хмурый, Семерых всех поклал в мешок. По сугробам она бежала, Поспевая за ним бежать.. . И так долго, долго дрожала Воды незамерзшей гладь. А когда чуть плелась обратно, Слизывая пот с боков, Показался ей месяц над хатой Одним из ее щенков. В синюю высь звонко Глядела она, скуля, А месяц скользил тонкий И скрылся за холм в полях. И глухо, как от подачки, Когда бросят ей камень в смех, Покатились глаза собачьи Золотыми звездами в снег.
  • Сыпь, гармоника! Скука.. . Скука.. . Гармонист пальцы льет волной.. . Сергей Есенин
  • Не обижайте матерей, На матерей не обижайтесь. Перед разлукой у дверей Нежнее с ними попрощайтесь. И уходить за поворот Вы не спешите, не спешите, И ей, стоящей у ворот, Как можно дольше помашите. Вздыхают матери в тиши, В тиши ночей, в тиши тревожной. Для них мы вечно малыши, И с этим спорить невозможно. Так будьте чуточку добрей, Опекой их не раздражайтесь, Не обижайте матерей. На матерей не обижайтесь. Они страдают от разлук, И нам в дороге беспредельной Без материнских добрых рук Как малышам без колыбельной. Пишите письма им скорей И слов высоких не стесняйтесь, Не обижайте матерей, На матерей не обижайтесь ++++++++++++++++++++++ Я не скажу тебе свой номер телефона И не приму цветы, не приглашу на чай. Не буду ждать тебя я у перил балкона И думать о тебе, пусть даже невзначай. Не буду на тебя смотреть и улыбаться, Когда ты невпопад попробуешь шутить. Не буду уходить, не буду возвращаться, И ни о чем тебя не буду я просить. Нам никогда с тобой не провожать закаты, Не пить холодный чай на парковом мосту. Не будем никогда ни в чем мы виноваты, Не встречу «не того» , не встретишь ты «не ту» . Я не скажу тебе, что зонт забыла дома, Не попрошу меня сегодня провести. Тебя не знаю я, с тобой я не знакома. И от тебя себя еще есть шанс спасти. ++++++++++++++++++++++++++++++++ Когда-нибудь спустя года Дай мне Аллах Его увидеть. Тогда, когда не будет сил Так безнадежно ненавидеть. Тогда, когда печаль уйдет Когда будет цвести весна, Когда забудется вся боль, Случайно нас сведет судьба. Пусть буду за руку держа Вести любимого сынишку, А на плечах Его сидеть Будет прекрасная малышка. Пусть не поверит он глазам, А я свой взгляд стараясь спрятать, Скорее в сторону уйду, Чтобы от боли не заплакать. Он улыбаясь подойдет, А я не покажу и вида, Что так устала от судьбы, Что не прошла еще обида. Мы так немного помолчим, Он скажет, что был рад увидеть, Я посмотрю в его глаза, Не будет даже слов ответить.. . И только когда именем Его Я сына своего окликну.. . Из глаз его покатится слеза, Внутри душа от горя вскрикнет +++++++++++++++++++++++++ Ты вспоминай меня, хотя бы иногда, Хотя бы раз, за тысячу мгновений, Я знаю, не случится никогда, Сплетения рук и глаз прикосновений, Ты вспоминай меня, когда все хорошо, Когда рассвету тихо улыбнешься, Когда взгрустнется, станет нелегко, Ты вспоминай меня, когда сейчас проснешься, Ты вспоминай меня, увидев облака, Когда лучи теплом тебя коснутся, Ты вспоминай меня, хотя бы иногда, Когда все птицы в мире встрепенутся, Ты вспоминай меня я много не прошу, Ты помнишь, я ведь точно знаю, Об этом никому не расскажу, Ведь я тебя так часто вспоминаю.
  • Ю. Друнина «Юлька» 1.Мы легли у разбитой ели, Ждем, когда же начнет светлеть. Под шинелью вдвоем теплее На продрогшей, сырой земле. — Знаешь, Юлька, я против грусти, Но сегодня она не в счет. Дома, в яблочном захолустье, Мама, мамка моя живет. У тебя есть друзья, любимый. У меня лишь она одна. Пахнет в хате квашней и дымом, За порогом бурлит весна. Старой кажется: каждый кустик Беспокойную дочку ждет Знаешь, Юлька, я против грусти, Но сегодня она не в счет. Отогрелись мы еле-еле, Вдруг приказ: «Выступать вперед! » Снова рядом в сырой шинели Светлокосый солдат идет. 2. С каждым днем становилось горше. Шли без митингов и замен. В окруженье попал под Оршей Наш потрепанный батальон. Зинка нас повела в атаку. Мы пробились по черной ржи, По воронкам и буеракам, Через смертные рубежи. Мы не ждали посмертной славы, Мы со славой хотели жить. Почему же в бинтах кровавых Светлокосый солдат лежит Ее тело своей шинелью Укрывала я, зубы сжав. Белорусские хаты пели О рязанских глухих садах. 3. Знаешь, Зинка, я против грусти, Но сегодня она не в счет. Дома, в яблочном захолустье Мама, мамка твоя живет. У меня есть друзья, любимый У нее ты была одна. Пахнет в хате квашней и дымом, За порогом бурлит весна. И старушка в цветастом платье У иконы свечу зажгла Я не знаю, как написать ей, Чтоб она тебя не ждала. *** Я столько раз видала рукопашный, Раз наяву. И тысячу во сне. Кто говорит, что на войне не страшно, Тот ничего не знает о войне. 1943 *** Все грущу о шинели, Вижу дымные сны, Нет, меня не сумели Возвратить из Войны. Дни летят, словно пули, Как снаряды года.. . До сих пор не вернули, Не вернут никогда. И куда же мне деться? Друг убит на войне. А замолкшее сердце Стало биться во мне. *** Целовались. Плакали И пели. Шли в штыки. И прямо на бегу Девочка в заштопанной шинели Разбросала руки на снегу. Мама! Мама! Я дошла до цели.. . Но в степи, на волжском берегу, Девочка в заштопанной шинели Разбросала руки на снегу. *** Два вечера Мы стояли у Москвы-реки, Теплый ветер платьем шелестел. Почему-то вдруг из-под руки На меня ты странно посмотрел Так порою на чужих глядят. Посмотрел и улыбнулся мне: Ну, какой же из тебя солдат? Как была ты, право, на войне? Неужель спала ты на снегу, Автомат пристроив в головах? Понимаешь, просто не могу Я тебя представить в сапогах!. . Я же вечер вспомнила другой: Минометы били, падал снег. И сказал мне тихо дорогой, На тебя похожий человек: Вот, лежим и мерзнем на снегу, Будто и не жили в городах.. . Я тебя представить не могу В туфлях на высоких каблуках!..
  • Александр Кочетков БАЛЛАДА О ПРОКУРЕННОМ ВАГОНЕ — Как больно, милая, как странно, Сроднясь в земле, сплетясь ветвями, — Как больно, милая, как странно Раздваиваться под пилой. Не зарастет на сердце рана, Прольется чистыми слезами, Не зарастет на сердце рана — Прольется пламенной смолой. — Пока жива, с тобой я буду — Душа и кровь нераздвоимы, — Пока жива, с тобой я буду — Любовь и смерть всегда вдвоем. Ты понесешь с собой повсюду — Ты понесешь с собой, любимый, — Ты понесешь с собой повсюду Родную землю, милый дом. — Но если мне укрыться нечем От жалости неисцелимой, Но если мне укрыться нечем От холода и темноты? — За расставаньем будет встреча, Не забывай меня, любимый, За расставаньем будет встреча, Вернемся оба — я и ты. — Но если я безвестно кану — Короткий свет луча дневного, — Но если я безвестно кану За звездный пояс, в млечный дым? — Я за тебя молиться стану, Чтоб не забыл пути земного, Я за тебя молиться стану, Чтоб ты вернулся невредим. Трясясь в прокуренном вагоне, Он стал бездомным и смиренным, Трясясь в прокуренном вагоне, Он полуплакал, полуспал, Когда состав на скользком склоне Вдруг изогнулся страшным креном, Когда состав на скользком склоне От рельс колеса оторвал. Нечеловеческая сила, В одной давильне всех калеча, Нечеловеческая сила Земное сбросила с земли. И никого не защитила Вдали обещанная встреча, И никого не защитила Рука, зовущая вдали. С любимыми не расставайтесь! С любимыми не расставайтесь! С любимыми не расставайтесь! Всей кровью прорастайте в них, — И каждый раз навек прощайтесь! И каждый раз навек прощайтесь! И каждый раз навек прощайтесь! Когда уходите на миг! Лев Ошанин Волжская баллада Третий год у Натальи тяжелые сны, Третий год ей земля горяча — С той поры как солдатской дорогой войны Муж ушел, сапогами стуча. На четвертом году прибывает пакет. Почерк в нем незнаком и суров: «Он отправлен в саратовский лазарет, Ваш супруг, Алексей Ковалев» . Председатель дает подорожную ей. То надеждой, то горем полна, На другую солдатку оставив детей, Едет в город Саратов она. А Саратов велик. От дверей до дверей Как найти в нем родные следы? Много раненых братьев, отцов и мужей На покое у волжской воды. Наконец ее доктор ведет в тишине По тропинкам больничных ковров. И, притихшая, слышит она, как во сне: — Здесь лежит Алексей Ковалев. — Нерастраченной нежности женской полна, И калеку Наталья ждала, Но того, что увидела, даже она Ни понять, ни узнать не могла. Он хозяином был ее дум и тревог, Запевалой, лихим кузнецом. Он ли — этот бедняга без рук и без ног, С перекошенным, серым лицом? И, не в силах сдержаться, от горя пьяна, Повалившись в кровать головой, В голос вдруг закричала, завыла она: — Где ты, Леша, соколик ты мой? ! — Лишь в глазах у него два горячих луча. Что он скажет — безрукий, немой! И сурово Наталья глядит на врача: — Собирайте, он едет домой. Не узнать тебе друга былого, жена, — Пусть как память живет он в дому. — Вот спаситель ваш, — детям сказала она, — Все втроем поклонитесь ему! Причитали соседки над женской судьбой, Горевал ее горем колхоз. Но, как прежде, вставала Наталья с зарей, И никто не видал ее слез.. . Чисто в горнице. Дышат в печи пироги. Только вдруг, словно годы назад, Под окном раздаются мужские шаги, Сапоги по ступенькам стучат. И Наталья глядит со скамейки без слов, Как, склонившись в дверях головой, Входит в горницу муж — Алексей Ковалев — С перевязанной правой рукой. — Не ждала? — говорит, улыбаясь, жене. И, взглянув по-хозяйски кругом, Замечает чужие глаза в тишине И другого на месте своем. А жена перед ним ни мертва ни жива.. . Но, как был он, в дорожной пыли, Все поняв и не в силах придумать слова, Поклонился жене до земли. За великую душу подруге не мстят И не мучают верной жены. А с войны воротился не просто солдат, Не с простой воротился войны. Если будешь на Волге — припомни рассказ, Невзначай загляни в этот дом, Где напрот

Следующий: