Она зачёркивала не стихи, а предмет своего увлечения

Она зачёркивала не стихи, а предмет своего увлечения… Кто она? Каков ее след?

  • Марина Цветаева
  • Марина Цветаева — статная, широкоплечая женщина с широко расставленными серо-зелеными глазами. Ее русые волосы коротко острижены, высокий лоб спрятан под челку. Темно-синее платье не модного, да и не старомодного, а самого что ни на есть простейшего покроя, напоминающего подрясник, туго стянуто в талии широким желтым ремнем. Через плечо перекинута желтая кожаная сумка вроде офицерской полевой или охотничьего патронташа — и в этой не женской сумке умещаются и сотни две папирос, и клеенчатая тетрадь со стихами. Куда бы ни шла эта женщина, она кажется странницей, путешественницей. Широкими мужскими шагами пересекает она Арбат и близлежащие переулки, выгребая правым плечом против ветра, дождя, вьюги, — не то монастырская послушница, не то только что мобилизованная сестра милосердия. Все ее существо горит поэтическим огнем, и он дает знать о себе в первый же час знакомства. Речь ее быстра, точна, отчетлива. Любое случайное наблюдение, любая шутка, ответ на любой вопрос сразу отливаются в легко найденные, счастливо отточенные слова и так же легко и непринужденно могут превратиться в стихотворную строку. Это значит, что между нею, деловой, обычной, будничной, и ею же — поэтом разницы нет. Расстояние между обеими неуловимо и ничтожно. Марина была принципиально беспечна и принципиально горда. Ее пылкие и восторженные привязанности возникали внезапно и исчезали бесследно. След от них оставался только в стихах. Марина зачеркивала не стихи, а причину их возникновения. Она никогда не лгала, ничего не преувеличивала. Зрение и слух были у нее свои собственные, непохожие, была и настройка на собственную волну, если применить термин современного обихода. Этого было достаточно для нее, чтобы жить и дышать в русском языке, в ритмах, подсказанных одной только живой интонацией, весьма свободной и далекой от какой бы то ни было просодии. В этом отношении молодая Марина Цветаева была одинаково противоположна и ученым символистам, и неученым футуристам с их предвзятым стремлением скомпрометировать ученость. Та и другая тенденция была не только чужда, но и смешна ей.
  • Речь идет о великой поэтессе Марине Ивановне Цветаевой. Цитата взята из книги Павла Антокольского «Далеко это было где-то… » «Стихи Марины в то время представляли собой поэтический дневник, который она вела непрерывно, изо дня в день. Всё, что она думала и чувствовала, противоречивое, смутное, бесформенное, глубоко личное или общезначимое, – всё это немедленно, по горячим следам превращалось в короткие стихи. Она жила только для того, чтобы писать стихи…. Это была стенограмма минутных прихотей, но за прихотями всегда стояла душа, живая, изменчивая, ещё очень молодая – может быть, молодая навсегда. » М. Цветаеву – поэта не спутаешь ни с кем другим. Стихи ее узнаешь безошибочно – по особому распеву, неповторимым ритмам, необщей интонации. М. Цветаева – поэт “предельной правды чувств”. Она со всей своей “не просто сложившейся судьбой, со всей яркостью и неповторимостью самобытного дарования по праву вошла в русскую поэзию… ” (Вс. Рождественский)
  • Стихи и строчки из писем М. Цветаевой своим возлюбленным СЕРГЕЮ ЭФРОНУ Я с вызовом ношу его кольцо! — Да, в Вечности — жена, не на бумаге Чрезмерно узкое его лицо Подобно шпаге. Безмолвен рот его, углами вниз, Мучительно-великолепны брови. В его лице трагически слились Две древних крови. Он тонок первой тонкостью ветвей. Его глаза — прекрасно-бесполезны! — Под крыльями, раскинутых бровей — Две бездны. B его лице я рыцарству верна, — Всем вам, кто жил и умирал без страху! — Такие — в роковые времена — Слагают стансы — и идут на плаху. КОКТЕБЕЛЬ, 3 июня 1914г . СОФЬЕ ПАРНОК Цветаева М. «Вы счастливы? — Не скажете! Едва ли! «. Из цикла «Подруга»(Читает Екатерина Фисун) СОФЬЕ ГОЛЛИДЭЙ Романс «Моя маленькая» на ст. М. Цветаевой из фильма «Долгое прощание». Исп. П. Агуреева . ОСИПУ МАНДЕЛЬШТАМУ Разлетелось в серебряные дребезги Зеркало, и в нем — взгляд. Лебеди мои, лебеди Сегодня домой летят! Из облачной выси выпало Мне прямо на грудь — перо. Я сегодня во сне рассыпала Мелкое серебро. Серебряный клич — звонок. Серебряно мне — петь! Мой выкормыш! Лебеденок! Хорошо ли тебе лететь? Пойду и не скажусь Ни матери, ни сродникам. Пойду и встану в церкви, И помолюсь угодникам О лебеде молоденьком. . Из писем М. Цветаевой КОНСТАНТИНУ РОДЗЕВИЧУ (22 сент 1923) Люблю Ваши глаза. («Я люблю свои глаза, когда они такие! » И собеседник, молча: «А они часто бывают такие?» ) Люблю Ваши руки, тонкие и чуть-холодные в руке. Внезапность Вашего волнения, непредугаданность Вашей усмешки. О, как Вы глубоко-правдивы! Как Вы, при всей Вашей изысканности — просты! Игрок, учащий меня человечности. О, мы с Вами, быть может, оба не были людьми до встречи! Я сказала Вам: есть — Душа, Вы сказали мне: есть — Жизнь. Всё это, конечно, только начало. Я пишу Вам о своём хотении (решении) жить. Без Вас и вне Вас мне это не удастся. Жизнь я могу полюбить через Вас. Отпустите — опять уйду, только с ещё большей горечью. Вы мой первый и последний оплот (от сонмов! ) Отойдёте — ринутся! Сонмы, сны, крылатые кони… И не только от сонмов — оплот: от бессонниц моих, всегда кончающихся чьими-то губами на губах. Вы — моё спасение и от смерти и от жизни, Вы — Жизнь. (Господи, прости меня за это счастье! ) . Р. М. РИЛЬКЕ Из письма от 02.08.1926 М. Цветаевой Р. М. Рильке: …Райнер, смеркается, я люблю тебя. Воет поезд. Поезда — это волки, а волки — Россия. Это не поезд, — вся Россия воет по тебе. Райнер, не злись на меня, злись или не злись, но сегодня ночью я буду спать с тобой. Щель в темноте, и, так как это звезды, я делаю вывод: окно. (Я думаю возле окна, если о тебе и о себе думаю, — не у кровати. ) Глаза широко распахнуты, ибо снаружи еще темнее, чем внутри. Постель — это корабль, мы отправляемся в путешествие. …И вот он исчез вдали, Кораблик без парусов, В просторах, где звездный край. Устав от морских штормов, Однажды приплыл он в рай (пер. с фр. ) (детская песенка из Лозанны) . БОРИС ПАСТЕРНАК Судьба постоянно разлучала Цветаеву и Пастернака, а вдох­новение, поэзия связывала. И они переносились в другой мир, где были небожителями. Цветаева восклицала в письме: «Борис, Борис, как бы мы с тобой были счастливы и на этом и особенно на том свете, который весь уже в нас» . Дай мне руку — на весь тот свет! Здесь — мной все заняты. Видео: Больше, чем любовь: Р. М. Рильке — Марина Цветаева — Борис Пастернак см. ЗДЕСЬ . АРСЕНИЙ ТАРКОВСКИЙ ПОСЛЕДНЯЯ ЛЮБОВЬ М. ЦВЕТАЕВОЙ …ТАРКОВСКИЙ был молод, талантлив, красив, а главное — боготворил Цветаеву. Что нужно женщине, волею судьбы оказавшейся совершенно одинокой, убитой жизнью? см. ЗДЕСЬ

Следующий: