КАКОГО ПИСАТЕЛЯ вы считаете истинно НАРОДНЫМ и почему? Для меня…

КАКОГО ПИСАТЕЛЯ вы считаете истинно НАРОДНЫМ и почему?

  • Для меня таковым является Владимир Солоухин с его «Чёрными досками» и «Смехом за левым плечом. «
  • А мне кажется, что сейчас понятие «народный» смещается в сторону «популярного». Знаете, как легко проверить статус «народности» того или иного писателя? Выйти на улицу, например, в центр Москвы и опросить людей. Раньше «народный писатель» был близок народу по мышлению, по переживаниям, по личному отношению к творчеству автора. Вы думаете, что в центре Москвы вспомнят Абрамова, Распутина, Астафьева, Шукшина, Бажова и Быкова? Пушкин будет на первом месте, потому что он «наше все», а не потому что он близок, как писатель, для каждого опрошенного. Разве они будут думать над понятием «народный»? Сейчас литература для быстрого чтения разделила этот народ на разные доли. Никаких духовных связующих нет. В данном вопросе это точно нельзя проверить, потому что могут ответить на него совершенно разные поколения. Вот, не знаю, можно ли Донцову для нашего времени назвать «народной»?Ну, какой народ, такие и писатели) Но в данном случае от «народного» здесь остается только само слово, а не внутреннее содержание. Никаких высокоидейных произведений, кроме широкого признания. Чего-то запутался я))
  • Василий Шукшин Ответ дает его творчество.
  • Не представляю, что это такое — истинно народный (да еще прописными буквами) писатель. Критерии народности (равно как и духовности) у всех разные, зачастую противоположные. Народный — это тот, кто про народ пишет, или кого народ читает? И вообще, что это такое — народ — именно в этом смысле? Долгое время эталоном народности на Руси были крестьяне, так теперь их совсем мало осталось. А выразитель чаяний офисного планктона — не народен? А бюрократия, которой в России (только государственной, не считая местной) уже более двух миллионов — что, не народ? Это противопоставление — «народный — антинародный» берет начало сами знаете откуда и ни к чему хорошему не ведет. Я, конечно, не знаю, как обстоят дела с этим у остальных цивилизованных народов нашей планеты, но что-то никогда не слышал, чтобы подобные проблемы одолевали английских или французских (далее — по списку) писателей. Так что я бы оставил эту проблему профессиональным патриотам, это они хорошо знают, кто истинно народный, а кто — наоборот. Вот такие будут мои соображения на этот счет.
  • Народ сильно расслоен. Конечно, большинство читает Донцову (ну то есть всех этих бушковых, марининых и пр. и пр. ) Для какой-то части народа народным мог бы стать В. Пелевин. Для какой-то — Вен. Ерофеев. А вот кого-то общего нет, видимо.
  • Я вроде бы инспирировала вопрос (хотя это и не совсем так) , должна и отвечать. А нет ответа. Это хорошо в стране с небольшой литературой и небольшим народонаселением. Джамбул Джабаев был народным казахским поэтом (или не был? ) А в России.. ? Некрасовская мечта о том, что мужик понесет с базара Белинского и Гоголя, не сбылась. Только вместо «милорда глупого» — другие милорды и миледи. А есть ли народ? Я вынуждена согласиться с Дмитрием: народа как некоего читающего единства нет и не было. «Придет ли времечко?.. » Не похоже. И не говорите о Пушкине. Пушкин назначен в «народные» и одним этим у молодежи отбивают охоту его читать.
  • Мне кажется, что настоящим народным писателем нужно по праву считать А. С. Пушкина. Ведь его читали, чатают и будут читать во все времена. Потому, что он был не просто поэтом, но и пророком (почитайте стих «Сеятель пустынь»)
  • Я буду намного категоричнее Сергея) ) Но для начала процитирую Ю. Семёнова («ТАСС уполномочен заявить») «Классиков двадцатого века нет и быть не может из-за того, что средства массовой информации набрали силу. Во времена Толстого были сплетни, а теперь все оформляется на газетных полосах броскими шапками, пойди, создай авторитет, пойди, не поверь всему тому дерьму, которое мы печатаем.. . И потом, телефон.. . Общение между людьми упростилось до безобразия. Попробуй раньше-то позвони в Ясную Поляну, возьми интервью — черта с два! Надо было ехать, попросив разрешение. А это уже обязывало, проводило черту между им и нами.. . А теперь звонок по телефону: «Граф, прокомментируйте „Войну и мир“»… — Верно, — согласился Славин. — Вы сказали верно, Пол. Очень безжалостно, но верно. Значит, получается, что мы сами лишаем себя классиков? Двадцатый век хочет уйти в небытие без классики? Не ведаем, что творим? — Почему? Ведаем. — Слишком высок культурный уровень? Все грамотны? Слишком много поэтому вкусовщины? Личных симпатий? — Скорее — антипатий. » При всей притянутости за уши, сермяжная правда в этом кусочке текста содержится. Хуже того — никакого народа, в том смысле, как это понимали во времена от Пушкина до Бердяева — и вовсе не было, ибо то была не то абстракция, не то даже некая утопия (у Бердяева уж точно!) . Нет никакого народа, есть определённые половозрастные и социальные группы, со своими симпатиями и антипатиями, определяемыми средой (background!), в которую входят как круг общения, так и семья, и полученное образование.
  • Полностью в этом вопросе согласна с Сергеем Смолицким, так как ( простите, что повторяюсь) ни разу не слышала, чтобы зарубежным писателям вешали ярлыки » народный», «поэт деревни», «певец коммунизма», как любили это делать в советские времена. Никому во Франции не пришло в голову назвать Гюго народным. Сколько раз повторялась тема сочинения «Тема народа в творчестве.. «.Получается, что все писатели народные? Мне кажется, ответ прост- не нужны никакие категории, никакие ранги, писатель либо нравится, либо нет. Не важно из деревни, из города, из народа или еще откуда. Вот и все. Сколько людей- столько и мнений.



Следующий: