консультитавная экзамен

Цели и задачи психологического консультирования

Для того чтобы осознанно продвигаться в каком-либо виде деятельности, нужно предварительно определить свою цель, а затем спланировать эту деятельность, наметив задачи, последовательное осуществление которых приведет к желаемой цели. Это верно и для психологического консультирования.

Цели и задачи психологического консультирования можно определять по-разному — в зависимости от того подхода к психологическому консультированию, в рамках которого мы предпочитаем работать.

Алешина Юлия Евгеньевна (1994) основную цель психологического консультирования определяет какоказание психологической помощи, то есть разговор с психологом должен помочь человеку в решении его проблем и налаживании взаимоотношений с окружающими. Применительно к этой цели выдвигаются следующие задачи:

1. Выслушивание клиента, в результате чего должно расшириться его представление о себе и собственной ситуации, возникнуть пища для размышлений.

2. Облегчение эмоционального состояния клиента, то есть благодаря работе психолога-консультанта клиенту должно стать легче.

3. Принятие клиентом ответственности за происходящее с ним. Имеется в виду, что в ходе консультации фокус жалобы клиента должен быть переведен на него самого, человек должен ощутить свою ответственность и вину за происходящее, только в этом случае он будет действительно стараться измениться и изменить ситуацию, в противном случае он будет лишь ожидать помощи и изменений со стороны окружающих. Программа-минимум здесь — показать клиенту, что он сам, хотя бы отчасти, способствует тому, что его проблемы, и отношения с людьми носят такой сложный и негативный характер.

4. Помощь психолога в определении того, что именно и как можно изменить в ситуации.

Взглянув на приведенный выше список задач, нетрудно заметить, что вторая и третья задачи противоположны друг другу. Если мы захотим облегчить эмоциональное состояние клиента, то невольно начнем говорить о том, что он не виноват в том, что так случилось, что нельзя приписывать себе так много ответственности за происходящее — не все от нас зависит, всем людям свойственно ошибаться.  И, наоборот, если мы захотим побуждать клиента к принятию ответственности за все, что с ним происходит, то заметим, что это неминуемо приводит одновременно и к ухудшению его эмоционального состояния. Психолог-консультант вынужден балансировать между двумя полюсами, задаваемыми этими задачами. В каждом конкретном случае он должен самостоятельно решать, какая из этих задач более актуальна. Бывают ситуации, когда тему ответственности и вины с клиентом обсуждать вообще не следует, например, если клиент перенес серьезную утрату. Здесь необходимо скорректировать неадекватные представления, снять груз вины, ответственности.

Рассмотрим, как решается вопрос о целях и задачах психологического консультирования в других подходах к психологическому консультированию, выработанных в рамках отечественной психологической традиции.

 Абрамова Галина Сергеевна (2001, с.186) определяет целью психологического консультирования культурно-продуктивную личность клиента, чтобы человек обладал чувством перспективы, действовал осознанно, был способным разрабатывать различные стратегии поведения и анализировать ситуацию с различных точек зрения. В связи с этим главную задачу психолога-консультанта Г.С. Абрамова видит в том, чтобы создать для нормального, психически здорового клиента условия, в которых он начал бы создавать осознанные нешаблонные способы действия, которые позволили бы ему действовать в соответствии с возможностями культуры.

На близких позициях находится Кочюнас Римантас-Антанас Броневич (1999). Целью психологического консультирования, с его точки зрения, является появление у клиента черт зрелой личности. Первоочередная задача здесь — появление черт зрелой личности у самого психолога-консультанта. Эти черты Кочюнас Р.-А. Б. подробно описывает (1999, с.25-32). Во многом появление этих черт у консультанта Кочюнас Р.-А. Б. связывает с разнообразием стиля личной и профессиональной жизни у психолога-консультанта.

Обозов Н.Н. (1993) , как мы уже говорили, цель психолога в консультировании видел в том, чтобы прояснять клиенту причины и следствия жизненных ситуаций. Задачей здесь будет доведение до клиента имеющей отношение к его проблемам психологической информации. Эта задача порождает еще одну — изучение индивидуально-психологических особенностей клиента, чтобы, исходя из них, правильно доводить эту информацию, учитывать, что и в какой форме человек готов принять. В связи с этим Обозов Н.Н. заложил основы типологии клиентов, наметил адекватные способы поведения по отношению к разным типам клиентов психологов-консультантов.

Подходы к психологическому консультированию в отечественной психологии.

Рассмотрим, как решается вопрос о целях и задачах психологического консультирования в других подходах к психологическому консультированию, выработанных в рамках отечественной психологической традиции.

 Абрамова Галина Сергеевна (2001, с.186) определяет целью психологического консультирования культурно-продуктивную личность клиента, чтобы человек обладал чувством перспективы, действовал осознанно, был способным разрабатывать различные стратегии поведения и анализировать ситуацию с различных точек зрения. В связи с этим главную задачу психолога-консультанта Г.С. Абрамова видит в том, чтобы создать для нормального, психически здорового клиента условия, в которых он начал бы создавать осознанные нешаблонные способы действия, которые позволили бы ему действовать в соответствии с возможностями культуры.

На близких позициях находится Кочюнас Римантас-Антанас Броневич (1999). Целью психологического консультирования, с его точки зрения, является появление у клиента черт зрелой личности. Первоочередная задача здесь — появление черт зрелой личности у самого психолога-консультанта. Эти черты Кочюнас Р.-А. Б. подробно описывает (1999, с.25-32). Во многом появление этих черт у консультанта Кочюнас Р.-А. Б. связывает с разнообразием стиля личной и профессиональной жизни у психолога-консультанта.

Обозов Н.Н. (1993) , как мы уже говорили, цель психолога в консультировании видел в том, чтобы прояснять клиенту причины и следствия жизненных ситуаций. Задачей здесь будет доведение до клиента имеющей отношение к его проблемам психологической информации. Эта задача порождает еще одну — изучение индивидуально-психологических особенностей клиента, чтобы, исходя из них, правильно доводить эту информацию, учитывать, что и в какой форме человек готов принять. В связи с этим Обозов Н.Н. заложил основы типологии клиентов, наметил адекватные способы поведения по отношению к разным типам клиентов психологов-консультантов.

Флоренская Тамара Александровна (1994) свой подход к психологическому консультированию назвала духовно ориентированным подходом. В качестве основной задачи, стоящей перед психологом-консультантом, она называет задачу помочь клиенту осознать реальность своего «Духовного Я». В структуре личности Т.А. Флоренская выделяет два образования:

1. «Эмпирическое обыденное Я» — средоточие прижизненно приобретенных личностью качеств.

2. «Духовное Я» — некий врожденный голос совести, интуиции человека, сосредоточие нравственной и творческой интуиции, подсказывающее человеку, что и как, каким образом необходимо делать, что нравственно, эстетично, а что нет.

С точки зрения Т.А. Флоренской, высшие проявления любви, готовность к самопожертвованию, способность преодоления инстинкта самосохранения ради высшего смысла — проявления «духовного Я» человека.

«Духовное Я» может не осознаваться или смутно осознаваться, но, даже будучи неосознанным, оно может руководить человеком, если его установки не противоречат голосу его «Духовного Я». Формой сосуществования «Духовного Я» и «Эмпирического обыденного Я» является внутренний диалог. «Духовное Я» и «Эмпирическое обыденное Я» нередко вступают в конфликт, следствием чего может быть вытеснение «Духовного Я» из сознания, отказ от желания прислушиваться к его голосу. Симптомы такого вытеснения — томящие человека неудовлетворенность, бессмысленность существования, нежелание жить.

Флоренская Т.А. описала условия, при которых личность может возвратиться к осознанию реальности своего «Духовного Я», начать жить в соответствии с его требованиями. Во-первых, в результате участливого выслушивания клиента он сам может вернуться на позиции своего «Духовного Я». Если этого не происходит, то психолог, во-вторых, может поступить следующим образом. Услышав в рассказе клиента внутренний диалог, психолог-консультант встает в этом диалоге на предполагаемую позицию «Духовного Я» клиента, таким образом, пробуждает и подтверждает его собственное духовное знание. Важным условием работы здесь является «позиция вненаходимости» — психолог не должен опускаться до доводов «Эмпирического обыденного Я» клиента, становиться на предлагаемую ими позицию.

Копьев Андрей Феликсович (1992, 1991) свой подход к консультированию назвал диалогическим. Целью работы с клиентом в рамках этого подхода, как это видно из работ А.Ф. Копьева, является достижение высших степеней диалогического общения, когда можно зафиксировать момент самообнаружения личности в максимально искреннем обсуждении значимых личностных проблем. Обсуждение становится при этом исследовательским полем, позволяющим прикоснуться к наиболее глубинным и интимным закономерностям внутренней жизни и межличностного общения.

Первой задачей на пути к этому является достижение «диалогического прорыва», то есть момента, когда происходит преодоление болезненной самозамкнутости личности в отношении существенных сторон бытия. Признаками самозамкнутости  являются страх самораскрытия, дискомфорт от ощущения того, что придется перейти к общению, более глубокому, более личностному, возможно измениться в процессе этого общения. Человек боится динамики внутри своей личности и вне нее, он почти потерял пластичность. Он держится за свою усвоенную в процессе жизни ригидность и боится ее потерять. Психолог же, будучи готов к диалогу, побуждает к нему клиента. Состояние самозамкнутости у клиента должно смениться состоянием диалогической интенции — готовности серьезно и с полной самоотдачей обсуждать и решать свои проблемы здесь и сейчас, с данным консультантом. Состояния закрытости, самозамкнутости являются состояниями блокады диалогической интенции. Примером такой блокады может быть и повышенная говорливость.

Копьев А.Ф. описал несколько типичных и не всегда распознаваемых начинающими психологами форм блокады диалогической интенции:

1. Психологическая интоксикация. Выглядит как совершенно непродуктивный, рассуждательный интерес к психологии и психотерапии. Осознание и подача себя в понятиях тех или иных психологических концепций становится эффективным средством избежать ответственности за свою жизнь, вывести свое поведение из зоны действия нравственных категорий. Сродни обыденному объяснению «Среда заела». Подлинные обстоятельства жизни, поступки, мысли, чувства оказываются более или менее зашумленными психологическим диагнозом. Человек отказался от своей воли. Обращение к психологу выполняет защитную функцию — позволяет клиенту ничего не менять, снимая с него ответственность за нелепости и неустройства его жизни, но при этом отражает подспудную неудовлетворенность и тревогу человека за то, что происходит в его судьбе.

2. Эстетизация личностных проблем. Человек воспринимает свои проблемы, невзгоды и «комплексы» как эстетическую ценность, как нечто, что сообщает его личности значительность и глубину. Это связано и с повсеместным распространением кино и телевидения — «фабрики грез». В результате, одержимый другим, двойником человек не может жить для себя. Клиенты говорят об «этапах большого пути», сообщают, что «это - материал для романа». Человек становится как бы невменяемым, в стороне от себя самого.

3. Манипуляция-пристрастие. Клиент фиксирован на манипуляции другими людьми, его жизнь — активный поиск путей для достижения поставленных целей в отношении тех или иных людей из своего окружения. Желанная цель настолько захватывает клиента, что ставит его как бы вне этики. В психологе такой клиент ищет инструктора, который бы научил его совершенным техникам манипулирования. В основе такого поведения, как правило, лежит глубокая разочарованность, отчаяние. Клиент не верит, что люди способны принять и полюбить его таким, какой он есть на самом деле, поэтому прибегает к манипуляции.

В качестве одного из способов работы с ситуациями блокады диалогической интенции А.Ф. Копьев предлагает использовать молчание. Консультант должен сохранять «душевную автономию» и не включаться в предлагаемую клиентом игру. Принципиальный дефицит значимых реакций психолога по отношению к высказываниям и реакциям клиента, которые носят искусственный, игровой характер, создает между ними как бы «свободное пространство», побуждающее клиента к самораскрытию и самоопределению.

Капустин Сергей Александрович (1993) основную цель психологического консультирования видит вразрушении полярности оценочной позиции. Оценочная позиция — пристрастное отношение человека к своей жизни, задающее ее целевую направленность, субъективную значимость реализации для самого человека тех или иных жизненных целей. Полярность оценочной позиции означает, что человек признает для себя реализацию только каких-то одних жизненных требований и обесценивает реализацию противоположных. Полярность оценочной позиции чаще всего бывает навязана человеку его социальным окружением, она не является результатом его свободного самоопределения. При этом человек отказывается от свободного самоопределения в жизни, сознательно отвергает оппозиционные по отношению к оценочной позиции требования жизни.

Горностай П.П. и Васьковская С.В. (1995) определяют свой подход к психологическому консультированию как проблемный. Цель работы психолога-консультанта они видят в решении клиентом своих психологических проблем. Акцент здесь делается на слове «Проблемы». Проблемы ставятся в центр работы и рассматриваются не как помеха, а как движущие силы развития личности клиента. Человек, имеющий психологические трудности, преимущественно концентрирует свои усилия в плоскости эмоционально насыщенных образов и переживаний. Он ощущает дискомфорт и стремится от него избавиться. Он зачастую далек от мыслей о том, что возможно в том, что он столкнулся с проблемой, имеется положительный для него смысл. Задача психолога состоит в том, чтобы помочь клиенту найти этот смысл. Обращается внимание на то, что в результате преодоления проблем человек обогащает свой опыт, гармонизирует свою жизнь.

 Заметим, что эти психологи являются авторами и еще одного интересного пособия, только фамилии их на обложке этого пособия поменялись местами — Васьковская С.В., Горностай П.П. (1996). В этом пособии изложены примеры психологического консультирования применительно к значительному количеству консультативных ситуаций, приведены различные варианты работы для каждой ситуации в зависимости от результатов диагностики. Книгу эту можно найти, например, в Российской государственной библиотеке.

Мастеров Борис Михайлович (1998) свой подход к психологическому консультированию называет реконструктивным. Первоочередной задачей психолога-консультанта в рамках этого подхода является реконструкция в ситуации «здесь и теперь» фрагмента субъективной картины мира клиента, имеющей отношение к его проблеме. Следующей задачей психолога-консультанта  является обращение внимания клиента на какие-либо аспекты его субъективной картины мира и опыта, которые он ранее не замечал, не анализировал, не рассматривал. Это помогает клиенту получить новый опыт в реконструированной реальности, что можно определить в рамках данного подхода как цель консультирования.

Мастеров Б.М. выделил и описал базовые элементы субъективной картины мира, позволяющие облегчить и систематизировать процесс вычленения в тексте клиента глубинных категорий. Это, прежде всего, пространство, время и оценка. Выделены миры: чувств и эмоциональных состояний, телесных ощущений, правил, норм и долженствований, отношений, образов; физический, эстетический, психологический, символический и другие миры.

Юпитов А.В. (1995) выдвинул интересную цель для психологического консультирования применительно к особенностям психологического консультирования в вузе — воздействие на сферу ценностно-смысловых ориентаций личности, опосредование текущих инструментальных действий в разных ситуациях в опоре на ведущие ценности личности и коррекция текущего поведения в соответствии с этими ценностями. Например, стоит ли ссориться с пусть даже некомпетентным преподавателем, если это закроет дорогу к диплому и к последующей деятельности, которая имеет для тебя большой смысл. Продвижение по направлению к этой цели выдвигает задачу изучения ценностно-смысловых ориентаций личности на диагностическом этапе консультирования.

Меновщиков В.Ю. (1998) цель психологического консультирования определяет как адаптацию к жизни за счет активации жизненных ресурсов. Психологическое консультирование он определяет какрешение задачи, ориентированной на мышление. Люди редко воспринимают свои затруднения как задачу, ориентированную на мышление. В этом, возможно, их ошибка. Потребность в мышлении возникает, когда в ходе жизни перед человеком встает новая цель, новые обстоятельства и условия деятельности, а старые средства и способы деятельности недостаточны для их достижения. С помощью умственной деятельности, берущей начало в проблемной ситуации, удается создать новые способы, средства достижения целей и удовлетворения потребностей. Именно в проблемных ситуациях возникает потребность в консультировании. Такой подход к психологическому консультированию выдвигает задачу овладения специальными знаниями по психологии мышления, навыками активизации мышления. Этапы психологического консультирования в рамках этого подхода совпадают с этапами мыслительного процесса.

Сущность психологического консультирования и его отличия от психотерапии.

Слово «консультирование» происходит от лат. consultare -совещаться, заботиться, советоваться. Под этим словом в русском языке подразумевается совет, разъяснение специалиста по какому-либо вопросу, беседа с целью расширения и углубления знаний. Буквально «консультировать» — значит давать совет по интересующей проблеме.

Слово «психологическое» можно понимать двояко. С одной стороны, оно может указывать на то, что консультирование основано на данных психологической науки. С другой стороны, его можно рассматривать как указание на то, что консультирование осуществляется по психологическим проблемам, т. е. касается таких явлений, как психика, деятельность, поведение.

Психологическое консультирование — прикладная отрасль современной психологии. В системе психологической науки ее задачей является разработка теоретических основ и прикладных программ оказания психологической помощи психически и соматически здоровым людям в ситуациях, когда они сталкиваются с проблемами. Разрабатываются эти теоретические основы и программы, с одной стороны, на основе анализа современного состояния психологического знания, достижений в областях эмпирических и теоретических исследований. С другой стороны, источником этих теоретических основ и программ является анализ практических наработок специалистов, систематически оказывающих психологическое воздействие в рамках самых различных форм оказания психологической помощи.

Спецификой психологического консультирования является акцент на диалогичности, на циркуляции информации, на информационном обмене между психологом-консультантом и теми людьми, относительно которых используется психологическое консультирование. Социально-психологический тренинг также предполагает разработку прикладных программ оказания психологической помощи психически и соматически здоровым людям. Но в рамках социально-психологического тренинга основным фактором воздействия становится не информация, которая исходит от психолога, а группа, процессы групповой динамики, особенности обратной связи. Психолог-тренингист лишь помогает этим процессам в группе развернуться. Специфическими методами оказания воздействия в рамках социально-психологического тренинга являются не диалог и доведение до клиента имеющей отношение к его проблемам психологической информации, а групповая дискуссия и ролевая игра. В рамках психологического консультирования также выделяют форму групповой работы с клиентами — групповое психологическое консультирование, но специфика работы с клиентом здесь иная, чем в социально-психологическом тренинге. Работа с группой здесь обусловлена, во-первых, тем, что она является более экономичной, так как позволяет одновременно оказывать помощь большому количеству людей, испытывающих одинаковые сложности. Во-вторых, группа здесь рассматривается как проводник влияния психолога-консультанта, речь не идет о самостоятельном значении процессов групповой динамики, они могут даже рассматриваться как помеха деятельности консультанта. Подробнее о специфических особенностях группового психологического консультирования рекомендуем ознакомиться по пособию В.В. Шабалиной (1998). О специфических особенностях социально-психологического тренинга предлагаем ознакомиться по монографиям Л.А. Петровской (1982, 1989). Начальные представления о процессах групповой динамики можно получить по статье У. Бенниса и Г. Шепарда (1984).

То, что является основой современного психологического консультирования, зародилось и развилось прежде всего в русле психотерапии, основных психотерапевтических направлений, развивавшихся на Западе. Ю.В. Меновщиков (1998, с. 4) склонен к тому, чтобы указать конкретную дату возникновения психологического консультирования — 1951 г., время, когда на одной из конференций в США был введен термин «консультативная психология», чтобы отделить консультирование от клинической психологии отрасли — психологии, занимающейся проблемами оказания помощи людям, тяжело психически или соматически больным. Естественно, что это отделение подготавливалось всем ходом развития психотерапии до этого, да и в последующем психотерапия вносила и вносит свой существенный вклад в развитие психологического консультирования .

Именно с тяжелых расстройств, с последствий долговременных психологических травм началось в психологии реальное изучение параметров оптимального общения и рациональной организации учебной и трудовой деятельности, что позволило впоследствии, на основе приобретенного знания, перейти к оказанию помощи психически и соматически здоровым людям. Задачей психологического консультирования стало, таким образом, не лечение расстройств, а их профилактика, работа с деструктивными формами общения, нерациональными способами организации деятельности — тем, что приводит к травмам, а в последствии и к болезням.

Слово «психотерапия» происходит от греческих основ «пси-хо» — душа и «терапия» — забота, уход, лечение. Традиционно принято под психотерапией подразумевать форму лечения психических нарушений. Однако, на что справедливо обращает наше внимание Е.А. Спиркина (1994, с. 122-123), психотерапия на Западе в своем спонтанном развитии давно покинула эти узкие рамки. Знания и методы, накопленные в ней первоначально в процессе лечения психических и психосоматических нарушений, позволили психотерапии в наше время стать средством личностного роста и достижения зрелости, средством помощи человеку разобраться с философскими и экзистенциальными проблемами, средством повышения образования, средством достижения поведенческих изменений. Ну а методом исследования внутрипсихической динамики и динамики межличностных отношений психотерапия на Западе была, по крайней мере, еще со времен 3. Фрейда. Поэтому материал, накопленный в рамках различных психотерапевтических направлений на Западе, после конструктивного анализа и оценки может использоваться в практике психологического консультирования, конечно, только не с лечебной целью. Заметим, однако, что необходимым условием использования в психологическом консультировании методов западной психотерапии является грамотное овладение ими.

Психотерапия — не единственный источник психологического консультирования. Другим таким источником является психологическое знание в строго научном смысле этого слова — основанное на результатах эмпирических исследований, организованных по экспериментальному плану, значимость выявленных закономерностей в котором подтверждена методами математической статистики. В свое время 3. Фрейд отказался от этого пути накопления знания, так как, по его мнению, если идти таким путем, то до помощи реальным людям пройдет, по крайней мере, лет триста. Это было оправдано сложностью той реальности, с которой работал 3. Фрейд. Как, например, эмпирически зафиксировать и измерить категории бессознательного? Но психологическое консультирование работает с внешними причинами внутренних расстройств — образцами общения, поведения. Они легче поддаются объективации, фиксированию, измерению. Отсюда открываются широкие возможности, с одной стороны, эмпирических исследований применительно к задачам и проблемам психологического консультирования; с другой стороны, использования уже имеющихся данных, накопленных в рамках научной психологии применительно к запросам, выдвигаемым клиентами при консультировании. Поэтому психологическое консультирование ориентировано более на использование в процессе работы с клиентом достижений современной научной психологии, чем на психотерапию в западном смысле этого слова, которая продолжает оставаться более искусством, привязанным к рамкам той или иной, как правило, эмпирически почти не подтвержденной концепции. Ориентация в процессе психологического консультирования на использование достижений именно научной психологии особенно характерна для отечественной традиции психологического консультирования. Так, например, Н.Н. Обозов (1993, с. 8-10) видит цель психолога-консультанта в прояснении клиенту причин и следствий жизненных ситуаций. Психологическое консультирование здесь по сути выступает как доведение до клиента имеющей отношение к его проблемам психологической информации. Конечно, психолог на основе этой имеющейся у него информации может давать клиенту и рекомендации по возможной организации его жизни: стиля деятельности, режима труда и отдыха, форм и способов общения в семье, на работе, на транспорте, в магазине и т. д.

Следует отметить, что в зависимости от сферы своих научных интересов разные отечественные психологи по-разному выбирают исходную точку отсчета в психологическом консультировании. Так Ю.Е. Алешина (1994, 1993), социальный психолог, делает акцент на анализе и преобразовании межличностных отношений клиента, его установок на межличностные отношения. А Н.Н. Обозов (1993) за исходную точку работы с клиентом берет личностное тестирование. Начинать работу с трудностями в общении у клиента ему легче с анализа особенностей его характера, темперамента. С нашей точки зрения, и тот, и другой путь оправдан и интересен. Психологическое консультирование может быть сферой практического применения достижений как социальной, так и общей или, скажем, возрастной психологии.

До сих пор мы говорили о психотерапии в том смысле, как она понимается на Западе. Методологической основой работы с клиентом в рамках этой психотерапии являются различные направления психоанализа, бихевиоральные и когнитивистские направления, различные течения в рамках гуманистического подхода. В последнее время стали популярными эриксоновский гипноз и нейролингвистическое программирование (НЛП). В нашей стране под психотерапией долгое время было принято понимать нечто иное — раздел медицины, методологической основой работы с клиентом в котором являлись труды И.М. Сеченова, В.М. Бехтерева, П.Б. Ганнушкина, И.П. Павлова и других, а основными методами работы с клиентом являлись гипноз и аутогенная тренировка. Напомним, что аутогенная тренировка подразумевает управление расслаблением собственных мышц, самовнушение и самовоспитание. Когда практические приложения западных психотерапевтических направлений стали проникать в нашу страну и использоваться практическими психологами, возникла задача отделить это новое направление оказания психологической помощи от психотерапии в ее традиционном для нашей страны смысле. Для этого стали использовать термин «психокоррекция», подразумевая под ним приложения западной психотерапии. Однако термин «психокоррекция» оказался для этого не очень удачным. Во-первых, он несет в себе оттенок субъект-объектности, что не свойственно для некоторых известных направлений западной психотерапии. Во-вторых, этот термин может также использоваться применительно к работе с нарушениями развития высших психических функций, например, у детей. В настоящее время найдено компромиссное решение вопроса об определении понятия «психокоррекция» — это система мероприятий, направленных на исправление недостатков психологии или поведения человека с помощью специальных средств психологического воздействия (Осипова, 2000, с. 7). При этом подчеркивается, что исправляемые недостатки не являются столь тяжкими, чтобы признать их носителя психически больным человеком, и они не имеют также органической основы, относятся к тем качествам или свойствам, которые способны меняться. Данное определение подходит и для западных психотерапевтических направлений, и для работы с задержками, нарушениями развития высших психических функций. Как видим, развести два термина — «психокоррекция» и «психологическое консультирование» — довольно трудно. Даже психологи-консультанты, которые высказываются в пользу разведения этих двух понятий, порой используют их как синонимы. Например, Ю.Е. Алешина (1993, с. 31-35) в своем руководстве по психологическому консультированию третий этап консультативной беседы обозначает как «Оказание психокоррекционного воздействия». Мы полагаем, что термин «психологическое консультирование» более применим к ситуациям диалога, откровенного обсуждения, субъект-субъектного общения. Термин же «психокоррекция» более применим к ситуациям спланированного воздействия, когда специалист, оказывающий воздействие, не полностью открыт клиенту, их общение не носит характера откровенного диалога, отношения имеют оттенок субъект-объектности. Полагаем также, что психологическое консультирование более может быть ориентировано на урегулирование отношений клиента с другими людьми, а психокоррекция — на решение внутренних проблем клиента. Однако когда мы обсуждаем реальный процесс работы с клиентом, трудно определить, где заканчивается психокоррекция и начинается психологическое консультирование.

Поэтому в ситуации реального анализа работы по оказанию воздействия не будет серьезным нарушением рассматривать эти термины как синонимы. Заметим, что слово «психокоррекция» чисто русское. В западной психологии этот термин не используется. В отечественной литературе в последнее время появилось новое словосочетание для обозначения психотерапии в том смысле, в котором это слово понимается на Западе, — «немедицинская психотерапия».

Основные отличия психологического консультирования от психокоррекции и психотерапии, отражающие сущность указанного метода оказания психологической помощи, состоят в следующем:

1. Более широкая сфера применения по сравнению с клинической практикой, обращенность к проблемам психически здоровых людей. Психологическое консультирование стало использоваться в образовании, менеджменте и промышленности, для решения индивидуальных и семейных проблем.

2. Ориентация на более широкое использование данных, полученных в эмпирических исследованиях, организованных по экспериментальному плану, с использованием для анализа результатов методов математической статистики.

3. Работа преимущественно с ситуационными проблемами, решаемыми на уровне сознания, в отличие от ориентации на глубинный анализ проблем и работу с бессознательным в психотерапии.

4. Большая субъект-субъектность, диалогичность общения психолога-консультанта и клиента. Подразумевается, что клиент — здоровый человек, которому можно делегировать больше ответственности за свою жизнь.

5. Ориентация на здоровые стороны личности клиента, отказ от концепции болезни в процессе работы с ним, признание прав клиента на большую вариативность поведенческих реакций и психических состояний как здоровых, а не болезненных явлений.

6. Ориентация на большую активность и самостоятельность клиента в процессе работы с ним, пробуждение внутренних ресурсов человека.

7. Допустимость в психологическом консультировании более широкого спектра разнообразных профессиональных моделей деятельности психолога-консультанта, чем в психотерапии.

Теперь вслед за Ю.Е. Алешиной (1994) рассмотрим конкретные процедурные отличия психологического консультирования от психотерапии:

1. Отличия, связанные с характером жалобы клиента. В случае психологического консультирования клиент жалуется на трудности в межличностных отношениях или осуществлении какой-либо деятельности. В случае, ориентированном на психотерапию, клиент жалуется на невозможность контролировать себя.

2. Отличия, связанные с процессом диагностики. В психологическом консультировании диагностика преимущественно направлена на события настоящего и недалекого прошлого. При этом значительное внимание уделяется конкретному поведению, межличностным отношениям. В значительной части психотерапевтических подходов диагностика преимущественно направлена на события далекого детства и юности (вероятное время получения психологической травмы). Значительное внимание также уделяется анализу бессознательного: исследуются сны, ассоциации.

3. Отличия, связанные с процессом оказания воздействия. Основой психологического консультирования является прежде всего, изменение установок клиента на других людей и на различные формы взаимоотношений с ними. Следующим этапом работы является изменение поведения клиента. В значительной части психотерапевтических подходов гораздо большее внимание уделяется взаимоотношениям между клиентом и психотерапевтом, анализ которых в терминах переноса и контрпереноса является одним из важнейших средств углубления и расширения возможностей воздействия, тогда как для консультирования это может даже выступать как нежелательное побочное явление, затрудняющее работу. Под переносом здесь понимается склонность клиента переносить (проецировать) на специалиста, оказывающего воздействие, и свои отношения с ним, и свои отношения со значимыми людьми, основные проблемы и конфликты; под контрпереносом — склонность специалиста, оказывающего воздействие, проецировать свои отношения со значимыми людьми, основные внутренние проблемы и конфликты на отношения с клиентом.

4. Отличия, связанные со сроками работы. Психологическое консультирование чаще всего является краткосрочным и редко превышает 5-6 встреч с клиентом. Психотерапия зачастую ориентирована на десятки, а то и сотни встреч в течение ряда лет.

5. Отличия, связанные с типом клиентов. Клиентом в психологическом консультировании может быть практически любой человек. Большинство направлений психотерапии ориентировано на невротиков с высоким уровнем развития склонности к самонаблюдению и самоанализу, способных оплачивать часто дорогой и длительный курс лечения, обладающих для этого достаточным количеством времени и мотивацией.

6. Отличия в требованиях к уровню подготовки специалиста, оказывающего воздействие. Психологу-консультанту необходим психологический диплом (удостоверяет его знание достижений научной психологии) и некоторая дополнительная специальная подготовка в области теории и практики психологического консультирования, которая может быть не особенно длительной. Практическая подготовка будущего психолога-консультанта подразумевает наблюдение за работой опытного психолога-консультанта (лучше нескольких) и самостоятельный опыт работы под наблюдением опытного психолога-консультанта с последующим анализом деятельности. Психотерапевт не сильно привязан к психологическому диплому (многие психотерапевты вырастали из медицинской среды или из сфер, гораздо более далеких от психологии). Ему необходимо получить документ, удостоверяющий его право работать в рамках того направления психотерапии, которое он избрал. В отличие от психолога-консультанта психотерапевту в большинстве направлений необходим длительный опыт собственной психотерапии (для того чтобы понять, что ощущает клиент во время работы с ним, разбираться в особенностях своего контрпереноса) и длительный период самостоятельной работы под наблюдением опытного руководителя.

4. Требования к личности консультанта.

Существуют поверхностные и более глубокие взгляды на этот предмет.

Н.Н. Обозов [1993, с. 20-26] обращает внимание на следующие качества:

1. Безоценочное отношение к индивидуальным различиям людей.

2. Чуткость к эмоциональному состоянию человека, который находитсярядом. В психологическом консультировании эта чуткость может выглядеть как профессиональный такт. Например, психолог-консультант избегает доводить до клиента информацию в той форме, которая может его травмировать.

3. Пластичность (динамичность в сочетании с гибкостью). Имеется в виду способность легко переключаться с одной темы на другую, легко выходить из тупиков, быстро менять различные точки зрения при рассмотрении того или иного вопроса.

4. Эмоциональная сдержанность и терпимость. Имеется в виду способность избегать невротических и субъективных отклонений в собственных оценках и поведении. Быть предельно сдержанным в ответ на срывы клиента, уметь снять тревожность другого, его успокоить — терпимость к возможным невротическим срывам с его стороны.

5. Поддержание общей культуры поведения возможно только при многочисленных и разнообразных контактах психолога с другими людьми. В результате этого формируются своеобразные штампы речевых оборотов, форм общения, предпочтений относительно близости — дистантности в межличностных контактах, характерной жестикуляции и мимики. Необходимо иметь и навыки переписки для ситуации дистантного письма. Психолог-консультант должен знать лучшие образцы культурного наследия, но не замыкаться на них.

6. Умение выстраивать и выдерживать до конца свою линию поведения. Имеется в виду, что если клиент нервничает и перескакивает с одной темы на другую, то психолог-консультант сможет своевременно возвратить беседу к заданной теме. Если обсуждение других людей начнет выходить за рамки объективности, то психолог-консультант сумеет сохранить эти рамки.

7. Наличие знаний в области возможного поведения людей в конфликтах. Имеется в виду, что интравертирован-ному, застенчивому индивиду бывает сложно порой выйти из напряженной ситуации, он не всегда легко говорит «нет», а оказавшись в зависимости от другого, использует более экстремальные средства разрешения затруднения в отношениях, включается в эмоциональную или интеллектуальную конфронтацию.

Р.-А.Б. Кочюнас [1999, с. 25-32] пишет о следующих чертах:

1. Проявление глубокого интереса к людям, следствием чего является терпение в общении с ними.

2. Чувствительность к установкам и поведению других людей, способность отождествляться с самыми разными людьми.

3. Эмоциональная стабильность и объективность. Имеется в виду способность уважать права других людей, восприятие других людей как способных решать свои собственные проблемы и принимать на себя ответственность.

5. Модель эффективного консультанта

Но наиболее значимыми, соответствующими западной парадигме консультативной психологии, из черт, рассмотренных Р.-А.Б. Кочюнасом, нам представляются следующие:

1. Аутентичность. Имеется в виду, что человек жаждет быть и является сам собой в противовес расходованию энергии на проигрывание ролей и создание внешнего фасада, вместо того чтобы использовать ее на решение реальных проблем. Дж. Бьюдженталь [2001, с. 42-43] отождествляет слово «аутентичность» с близким ему «присутствие». В этом качестве он выделяет две стороны:

доступность — степень того, насколько человек допускает, чтобы происходящее в данной ситуации имело для него значение, воздействовало на него;

экспрессивность ~ степень, в которой человек склонен позволять другому (другим) действительно узнать себя в данной ситуации. Это включает самораскрытие без маскировки каких-то субъективных переживаний.

2. Открытость собственному опыту. Это означает искренность в восприятии собственных чувств. Консультант должен знать, замечать свои чувства, в том числе и отрицательные, не вытеснять их. Только в таком случае он будет успешно контролировать свое поведение. Вытесненные же чувства становятся иррациональными, источником неконтролируемого поведения. Консультант способен содействовать позитивным изменениям клиента только тогда, когда проявляет терпимость ко всему разнообразию чужих и своих эмоциональных реакций.

3. Развитое самопознание. Чем больше консультант знает о самом себе, тем больше он поймет своих клиентов. Этому способствует умение слышать то, что творится внутри.

4. Сильная идентичность. Понятие «идентичность» — относительно новое для отечественного контекста, поэтому остановимся на нем подробнее. В данном изложении мы будем опираться на результаты анализа зарубежных и отечественных публикаций по проблемам, связанным с идентичностью, осуществленным Н.В. Антоновой [1995]. Идентичность — сложная динамическая структура, формирующаяся и развивающаяся на протяжении всей жизни человека. Единицей этой структуры является самоопределение — некоторое решение относительно себя, своей жизни, своих ценностей, принятое в результате интериоризации родительских ожиданий (преждевременная идентичность) или преодоления кризиса идентичности (достигнутая идентичность). Кризис идентичности предполагает наличие ситуации выбора, начиная от выбора школы, работы и кончая поиском и выбором цели и смысла своего существования. Кризис идентичности отнюдь не всегда завершается формированием единиц идентичности — самоопределений. Возможен также деструктивный вариант последствий кризиса. Это происходит, когда человек не замечает необходимости самоизменения, не видит имеющихся в его распоряжении альтернатив выбора. В таком случае человек может испытывать ряд негативных состояний:

высокий уровень тревожности;

ощущение собственной беспомощности;

неверие в будущее;

пониженный эмоциональный фон;

ощущение потери смысла в жизни вплоть до депрессии и склонности к самоубийству.

Незнание причин своего состояния у такого человека тем не менее может выражаться в утверждениях, что у него все в порядке, ему не нужно что-либо менять в своей жизни. Описанный выше конструктивный путь достижения идентичности (вследствие личностного поиска и выбора) приводит к формированию того, что принято называть личностной идентичностью. Но возможен и другой путь. Столкнувшись с кризисом идентичности, пытаясь избавиться от негативных эмоциональных состояний, связанных с деструктивным вариантом последствий кризиса, человек пытается приобрести идентичность, присоединившись к группе, имеющей позитивный статус в обществе, и присвоить себе ее нормы и ценности, спрятаться за социальной ролью от необходимости личностного выбора. Такой путь характерен для формирования социальной идентичности. Н.В. Антонова [1995] описала две основные шкалы для измерения степени развития у человека качеств, связанных с идентичностью:

сила-слабость идентичности; ,

открытость-закрытость идентичности.

Исходя из этих двух шкал, можно выделить четыре крайних варианта развития идентичности:

Открытая сильная идентичность — сложившееся в результате личностного выбора в ситуации кризиса идентичности представление о себе и своей жизни. При этом человек не теряет возможности воспринимать новое, изменяться, в чем, собственно, и проявляется открытость идентичности. Но, меняясь, он не теряет лучшего из своего «прошлого Я», ощущает единство своего прошлого с настоящим и будущим, что создает у него ощущение це-I ленаправленности, осмысленности своей жизни. В этом и проявляется сила его идентичности.

Закрытая сильная идентичность — человек характеризуется раз и навсегда сложившимся, жестким, не меняющимся « образом Я ». Он предпочитает оставаться в рамках стереотипов и не желает меняться. Возможно, это связано со страхом вновь пережить кризис идентичности, потерять идентичность. Такой страх, видимо, определяется тем, что выход из ситуации кризиса был не совсем сознательным. Возможно, идентичность была приобретена путем идентификации с группой.

Открытая слабая (диффузная) идентичность — люди ощущают смысл своих страданий и активно идут путем приобретения идентичности. Пробуют различные способы поведения и общения, ищут литературу и т. д.

Закрытая слабая (диффузная) идентичность — люди смутно ощущают, что делают что-то не так, но не знают, как надо, и не видят перспектив для самоизменения. Возможно, закрытость определяется неудачными, травмирующими последствиями некоей поисковой активности, бывшей в прошлом. Можно предположить, что это связано с рудиментами преждевременной идентичности, усво-t,?- енной от родителей, когда в образе мира и себя в этом мире упор делался на том, что самостоятельный личностный поиск неэтичен, греховен. Другие компоненты идентичности практически не сформировались, что и объясняет страдания. Путь же к личностному поиску закрыт. Такие люди идут путем деструктивного кризиса. В нашей консультативной практике мы наблюдали стимуляцию у клиента изменений в ситуации подобного рода психосоматической симптоматикой.

Сильная личностная идентичность нужна психологу-консультанту для того, чтобы в консультировании иметь свою внутреннюю позицию, не быть простым отражением надежд других людей.

5. Толерантность к неопределенности. Ситуации неопределенности составляют ткань консультирования, поэтому психолог-консультант должен уметь без значительного дискомфорта переносить их. Достигается это через:

уверенность в своей интуиции и адекватности чувств;

убежденность в правильности принимаемых решений;

способность рисковать.

Все эти качества приобретаются по мере личного и профессионального опыта.

6. Принятие личной ответственности. Имеется в виду то, что критика не вызывает у такого человека механизмов психологической защиты, а служит полезной обратной связью, улучшающей эффективность деятельности и даже организацию жизни.

7. Стремление к глубине межличностных отношений.

Обычно этому препятствуют страх потерять свободу, быть более уязвимым, страх непринятия другим положительных чувств, отклонение их. Для того, чтобы эти факторы не мешали стремлению к развитию глубоких межличностных отношений, в среде, где живет психолог-консультант, необходимо стараться создавать такую атмосферу, чтобы люди избегали осуждения, «наклеивания ярлыков». В.В. Шабалина [1998, с. 17-18] предлагает интересный прием для того, чтобы блокировать у некоторых людей тенденцию к осуждению, «наклеиванию ярлыков», деланию из других «козлов отпущения». В момент подобных действий рекомендуется спросить у человека, их совершающего, что в данный момент происходит с его чувствами, переключить его внимание с другого на самого себя, свои чувства. Если он от этого получает удовольствие, то, может быть, проблема в нем?

8. Постановка реалистичных целей. Имеется в виду, что человек вследствие неудач или удач не торопится слишком повышать или понижать планку притязаний, ни один консультант не всемогущ. Порой необходимо отказаться от нереального стремления стать чересчур совершенным, что ведет к чувству вины. Следует не винить себя за ошибки, а делать полезные выводы. Правильная оценка собственных возможностей позволяет ставить перед собой лишь достижимые цели.

Таким образом, как подытоживает Р.-А.Б. Кочюнас [1999], эффективный консультант — это прежде всего зрелый человек. Чем разнообразнее будет у него стиль личной и профессиональной жизни, тем эффективнее будет его деятельность. В консультировании, как и в жизни следует руководствоваться не формулами, а своей интуицией и потребностями ситуации. Р.-А.Б. Кочюнас полагает, что появление у клиента перечисленных выше черт зрелой личности, которые хотелось бы видеть у консультанта, может рассматриваться как весомый критерий эффективности консультирования.

Р.-А.Б. Кочюнас [1999] также описывает особо вредные для консультанта черты: авторитарность, пассивность и зависимость, замкнутость, склонность использовать клиентов для удовлетворения своих потребностей, неумение быть терпимым к различным побуждениям клиентов, невротические установки в отношении денег.

О. Р. Бондаренко [1998] осуществила исследование, результаты которого показали, что большая часть ошибок начинающих психологов-консультантов связана с двумя противоположными тенденциями:

1. Сверзабота о клиенте. Клиента сравнивают с больным, которому нужны своеобразные таблетки — слова консультанта, его внимание, или с утопающим, которому требуется спасательный круг, далее с беспомощным котенком. Консультанта же отождествляют с советчиком, спасателем, поводырем. Выражается полное недоверие ресурсам клиента, он воспринимается как неспособный заботиться о себе.

2. Сверхсамоценность консультанта. Проявляется в стремлении реализовывать себя в консультировании, игнорируя при этом потребности и права клиента. Например, клиент сравнивается с катком, на котором приятно скользить, если у тебя хорошие коньки и ты умеешь классно кататься. Консультант же сравнивается, например, со сталеваром, который направляет огненное, расплавленное железо в нужное (кому?) русло. Или с ювелиром, дворником, который хочет навести порядок в душе клиента.

Преодоление этих двух тенденций О.Р. Бондаренко [1998] связывает с развитием у новичков доверия к «ситуации незнания», которая возникает всякий раз при встрече с индивидуальным способом переживания мира. Тогда консультант будет открыт для восприятия любых форм переживаний, установок, особенностей перцептивной сферы клиента. Консультант должен научиться чувствовать себя комфортно в ситуации неопределенности, не стремясь знать точно, что происходит с клиентом, доверяя естественному ходу взаимоотношений. Это состояние близко состоянию аутентичности, присутствия, описанному Дж. Бьюдженталем [2001, с. 42-43], которое мы упоминали выше.

Н.В. Самоукина[1997, с. 142-145] описала типичные ошибки в работе психолога-консультанта и дала рекомендации относительно того, как с некоторыми из них работать:

1. Самоутверждение психолога-консультанта в диалоге.

Ощущает и показывает себя в качестве человека более успешного, мудрого и сильного, чем клиент. В голосе слышатся нотки снисхождения, жалости или высокомерия, холодной отстраненности. Клиент при этом может испытывать унижение, консультация проходит формально, клиент начинает сожалеть, что пришел.

Как с этим работать:

в ходе разговора вспоминать свои проблемы, кризисные периоды в жизни, душевную боль;

укреплять в себе способность к состраданию, сочувствию;

видеть в каждом клиенте своего брата или сестру.

2. Излишняя естественность (говорит и делает, что ему хочется) или искусственность (играет роль, «надевает маску», психологически защищается, прячась за искусственный фасад) поведения психолога-консультанта в диалоге. Естественность опасна тем, что не осуществляется процесс психологической работы, а идет обычный разговор собеседников, с взаимными упреками, раздражениями и т. д. Искусственность (главное — «техника») опасна тем, что клиент не получает эмоционально-энергетического «лекарства», нет ощущения встречи.

Как с этим работать:

опишите, каким вы представляете себя в профессии. Опишите внешне привлекательный для вас образ психолога-консультанта;

представьте себе, что вы на сцене, играете свою профессиональную роль. Придумайте сценарий. Какие события развиваются в спектакле? Какая роль в этих событиях принадлежит вам?

кто из знакомых вам психологов вызывал у вас чувство восхищения и желание подражать? Какую профессиональную роль играл этот психолог?

3. Стремление психолога-консультанта обязательно дать полезный совет.

4. Психологическая консультация как монолог психолога-консультанта:

с неуверенным клиентом психолог может полностью захватить инициативу в разговоре: разворачивать общие размышления, поучать, строить беседу с позиции более спокойного, всезнающего человека;

это может быть также связано с тем, что консультант испытывает внутренний страх перед молчанием, поэтому он стремится собственной активностью заполнить каждую наступившую паузу. На какое-то время это снижает возникшее напряжение, но снижает общий результат консультации.

Как с этим работать:

если в ходе консультации возникла пауза, необходимо «включить» собственное интуитивное видение и почувствовать, какой эмоциональный заряд несет пауза. Если молчание клиента имеет мрачный, тяжелый эмоциональный оттенок, вызвано скованностью, зажатостью, то следует при помощи одного-двух вопросов активизировать беседу, но не начинать собственный монолог;

если же в период молчания собеседник переживает или размышляет — не мешать, отодвинуть себя на второй план, пусть возникнет одухотворенная тишина. Желательно, чтобы после паузы начал первым говорить клиент.

5. Психолог переносит (проецирует) собственные трудности на клиента. Например, одинокий психолог видит в клиенте одиночество и не замечает других, более актуальных для клиента проблем.

Как с этим работать:

если психолог в момент беседы находится в состоянии внутреннего напряженного переживания и неосознанно для него срабатывает механизм психологической защиты в форме проекции, то необходимо настроить себя на работу;

психолог должен анализировать не только характер ответов клиента, но и характер своих вопросов. Необходимо стараться всегда видеть консультацию как бы со стороны, в зеркале.

6. Психолог оценивает клиента. Например: «Удивительно умный человек: сам все понимает» или «Двух слов связать не может!» Оценочное суждение психолога — барьер на пути его понимания состояния и проблем клиента. Клиент соотносится с «нормой» — самим консультантом. Психолог имеет более высокий приоритет, чем клиент.

7. Психолог переживает проблемы клиента как свои собственные. Психолог принимает проблемы клиента слишком близко к сердцу, сам расстраивается, перегорает, теряет внутреннее равновесие и не может в полной мере осуществить действенную психологическую помощь клиенту.

8. Многочасовая консультация как ошибка консультанта. Причина — внутренняя неуверенность консультанта: он не может определиться в собственных действиях и занимает позицию пассивного слушателя. Вторая причина — внутренняя установка психолога на выслушивание клиента.

Как с этим работать:

Консультант должен вовремя почувствовать «основную проблему» клиента, его основную «болевую точку» и начать задавать вопросы, направляя беседу по нужному, конструктивному руслу.

9. Психолог как объект манипулирования со стороны клиента. Психолога пытаются использовать в борьбе с ближним как мощное «дальнобойное орудие», как своеобразного жизненного судью, как авторитет, мнение которого для обычных людей может выступать в качестве закона поведения. Если психолог идет на это, то он превращается в слабого и безвольного человека.

Как с этим работать:

Нужно отказаться от выполнения подобных просьб и повышать активность клиента в решении своих проблем. Например, можно сказать: «Я не могу быть судьей между вами и вашими близкими. Ваши проблемы вы должны научиться решать самостоятельно, а я вам в этом помогу».

6. Влияние профессиональной деятельности на личность консультанта.

Профессия психолога-консультанта или психотерапевта интересна и дает немало полезного самому консультанту. Какая другая профессия позволяет так глубоко и близко познать столько разных людей? Нередко она доставляет чувство удовлетворенности собой, особенно когда тебя ценят клиенты, когда ты уверен, что смог помочь.

Однако, несмотря на полезность профессии, зачастую она стоит занимающимся ею людям довольно дорого. Воздействие не всегда заметно со стороны, но его настоящую цену чувствует сам консультант. A. Storr (1980) выделяет несколько важных аспектов этой «платы»:

угроза утратить идентичность и «раствориться» в клиентах;

отрицательные последствия могут сказаться в личной жизни (семья, друзья);

угроза психических нарушений из-за постоянных столкновений с темными сторонами жизни и психической патологией (С. Jung называет это «подсознательной инфекцией»).

Консультанты нередко забывают, что их преимущество в познании клиентов весьма относительно, поскольку они видят клиентов в специфических условиях и, как правило, непродолжительное время. Консультанты не имеют возможности наблюдать за деятельностью клиентов в реальной жизни и только с их слов знают об их тревогах, страхах, неудачах, и в меньшей степени — о достижениях. Зачастую консультант преувеличивает личностные нарушения клиента, и главнейшим последствием ошибочного представления становится ориентация на лечение, а не на понимание и выявление позитивных аспектов жизни. Ориентация на лечение слишком связывает консультанта с клиентом, требует от него больших усилий, чем нужно в действительности, и, наконец, заставляет смотреть на жизнь через «темные очки».

Излишняя вовлеченность в профессиональную деятельность нередко заставляет страдать семью консультанта. Вопервых, требования этики не позволяют консультанту делиться с семьей своими «психотерапевтическими» впечатлениями, поэтому члены семьи лишь приблизительно представляют, чем занимается консультант. Такова общая проблема семей, члены которых из профессиональных соображений должны думать, что и как говорить близким о сноси работе. Во-вторых, консультирование требует больших эмоциональных затрат, и иногда это значительно уменьшает эмоциональную отдачу в семье. Когда на работе весь день приходится выслушивать других людей и углубляться в их заботы, вечером бывает трудно проникнуться заботами жены или мужа и детей. И это не единственные проблемы, которые выдвигает профессия консультанта.

Психологическое консультирование и психотерапия отнесены к профессиям, требующим большой эмоциональной нагрузки, ответственности и имеющим весьма неопределенные критерии успеха. Представителям этих профессий грозит опасность «синдрома сгорания» (Paine, 1981; Maslach, 1982; Corey, 1986).

«Синдром сгорания» — сложный психофизиологический феномен, который определяется как эмоциональное, умственное и физическое истощение из-за продолжительной эмоциональной нагрузки. Синдром, по описанию Corey (1986) и Naisberg-Fennig с соавт. (1991), выражается в депрессивном состоянии, чувстве усталости и опустошенности, недостатке энергии и энтузиазма, утрате способностей видеть положительные результаты своего труда, отрицательной установке в отношении работы и жизни вообще. Существует мнение, что люди с определенными чертами личности (беспокойные, чувствительные, эмпатичные, склонные к интроверсии, имеющие гуманистическую жизненную установку, склонные отождествляться с другими) больше подвержены этому синдрому (Edelwick, Brodsky, 1980).

Каковы наиболее часто встречающиеся причины «синдрома сгорания»? Не претендуя на полное перечисление, назовем лишь некоторые, важнейшие из них:

§  монотонность работы, особенно если ее смысл кажется сомнительным;

§  вкладывание в работу больших личностных ресурсов при недостаточности признания и положительной оценки;

§  строгая регламентация времени работы, особенно при нереальных сроках ее исполнения;

§  работа с «немотивированными» клиентами, постоянно сопротивляющимися усилиям консультанта помочь им, и незначительные, трудно ощутимые результаты такой работы;

§  напряженность и конфликты в профессиональной среде, недостаточная поддержка со стороны коллег и их излишний критицизм;

§  нехватка условий для самовыражения личности на работе, когда не поощряются, а подавляются экспериментирование и инновации;

§  работа без возможности дальнейшего обучения и профессионального совершенствования;

§  неразрешенные личностные конфликты консультанта.

Одним из существенных факторов, преграждающих усугубление «синдрома сгорания», является принятие личной ответственности за свою работу. Если консультант из-за неудач или плохого самочувствия занимает пассивную позицию и обвиняет окружающих, чувство бессилия и безнадежности лишь увеличивается. Ответственность может быть перенесена вовне различными способами: «мне не везет, потому что клиенты противятся консультированию и не хотят ничего изменять в жизни»; «во всем виновата организация труда, а все это от меня не зависит»; «у меня слишком много клиентов и мало времени для каждого из них» и т.п. Такая пассивная позиция консультанта заставляет его капитулировать перед внешними обстоятельствами и чувствовать себя жертвой, что способствует возникновению профессионального цинизма. Поэтому консультанту особенно важно испытывать чувство ответственности и уметь работать даже при наличии ограничений и препятствий. Вместо перекладывания вины за собственное бессилие на окружающих и обстоятельства, лучше направить свою энергию и внимание на реализацию существующих возможностей и подумать об изменении самих условий.

Существует также немало конкретных способов преградить путь «синдрому сгорания»:

§  культивирование других интересов, не связанных с консультированием; Szasz (1965) указывает, что у специалиста, принимающего ежедневно по восемь-десять пациентов, нет шансов работать на высоком уровне. Наилучшее решение этой дилеммы состоит в том, чтобы сочетать работу с учебой, исследованиями, написанием научных статей;

§  внесение разнообразия в свою работу, создание новых проектов и их реализация без ожидания санкционирования со стороны официальных инстанций;

§  поддержание своего здоровья, соблюдение режима сна и питания, овладение техникой медитации;

§  удовлетворяющая социальная жизнь; наличие нескольких друзей (желательно других профессий), во взаимоотношениях с которыми существует баланс;

§  стремление к тому, чего хочется, без надежды стать победителем во всех случаях и умение проигрывать без ненужных самоуничижения и агрессивности;

§  способность к самооценке без упования только на уважение окружающих;

§  открытость новому опыту;

§  умение не спешить и давать себе достаточно времени для достижения позитивных результатов в работе и жизни;

§  обдуманные обязательства (например, не следует брать на себя большую ответственность за клиента, чем делает он сам);

§  чтение не только профессиональной, но и другой хорошей литературы, просто для своего удовольствия без ориентации на какую-то пользу;

§  участие в семинарах, конференциях, где предоставляется возможность встретиться с новыми людьми и обменяться опытом;

§  периодическая совместная работа с коллегами, значительно отличающимися профессионально и личностно;

§  участие в работе профессиональной группы, дающее возможность обсудить возникшие личные проблемы, связанные с консультативной работой;

§  хобби, доставляющее удовольствие.

Итак, чтобы избежать «синдрома сгорания», консультант должен изредка, но обязательно оценивать свою жизнь вообще — живет ли он так, как ему хочется. Если существующая жизнь не удовлетворяет, следует решить, что нужно сделать для положительных сдвигов. Только должным образом заботясь о качестве своей жизни, можно остаться эффективным консультантом.

7. Этические принципы в психологическом консультировании

Р.-А.Б. Кочюнас [1999, с. 227-233], проанализировав зарубежную литературу, сформулировал следующие принципы этичного поведения в психологическом консультировании:

1. Консультант ответственен в своей работе:

перед своим клиентом,

перед членами семьи клиента,

перед организацией, в которой он работает,

вообще перед общественностью, ,

перед своей профессией.

2. Клиент должен принять решение о своем вступлении в процесс психологического консультирования осознанно, поэтому до начала процесса консультирования консультант обязан во время первой встречи предоставить клиенту максимум информации о процессе консультирования:

об основных целях консультирования,

о своей квалификации,

об оплате за консультирование,

о приблизительной продолжительности консультирования,

о целесообразности консультирования в данной ситуации,

о риске временного ухудшения состояния клиента в процессе консультирования,

о границах конфиденциальности.

Важно заранее согласовать с клиентом возможности аудиои видеозаписи, наблюдения через зеркало одностороннего видения, присутствие на консультации других лиц (стажеров, студентов). Без согласия клиента это исключается.



Страницы: Первая | 1 | 2 | 3 | ... | Вперед → | Последняя | Весь текст


Предыдущий:

Следующий: