Экзамен по Тупику

№1. ПРЕДМЕТ И ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ КУРСА

Понятие «Новая история» появилось в исторической науке в э Возрождения, как элемент деления истории на древнюю, среднюю и новую. Оно сохранилось, существует и его дополнили понятием новейшая история. Принято считать сер 16 века — начало 20 века(1918).

Периодизация:

Раннее новое время — сер 17века

Среднее — сер 17- сер19

Расцвет- 70г 19ст-1918 .

В середине 16 века начинается Новая история. Это проявляется в большой плотности событий, интенсивных перемен. Не все народы одновременно вступили в эпоху Нового времени. Во многих регионах Азия, Африка -долгое время сохранялись феодальные, рабовладельческие отношения. Историческому процессу присуще неравномерность развития. В эту эпоху зарождается новая цивилизация. Её начало положили страны расположенные по берегам Атлантического океана. Если посмотреть на очаги этой цивилизации из Азии. Новая история это эпоха зарождения нового индустриального общества закладываются все проблемы человечества, которые есть и до сегодня. Сегодня – постиндустриальное общество. Этот переход 17-18 ст- можно назвать модернизацией, глубокий, сложный процесс, он включает в себя ряд других процессов: урбанизация- впервые город стал преобладать в экономике над деревней, индустриализация-применение машин в производстве(начало этом положил промышленный переворот в Англии), демократизация политических структур- предпосылки для становления гражданского общества и правового государства , секуляризация- обмирщение духовной жизни общества и рост атеизма; рост знаний о природе и обществе. Все они связаны друг с другом, меняли представления о роле и месте человека в жизни. Окружающий мир можно не только контролировать, но и видоизменять. В этот период другое отношение человека к государственной власти, она лишена божественной санкции, власть теперь воспринимается рационально, судят по результатам действий тех, кому вручено правление. Эта эпоха революций.

№ 2. ЕВРОПА В ПОЛИТИЧЕСКОЙ СТРУКТУРЕ МИРА К СЕРЕДИНЕ 17 ВЕКА

Большая часть населения проживала в Азии. Из них 150 млн в Индии и Китае

Китай: Именно Европа сыграла ведущую роль в становлении общества. За пределами Европы крупнейшей страной был Китай. Империя Минь переживала упадок, на севере Манджурское государство и успешные военные действия против Китая и в 1644 году Минь была свергнута и основана Цинь до 1912 года. Завоевание Китая была использована помощь европейцев(В захвате Тайвань). В начале 17 века Голландцы захватили часть Тайвани, в 1637 году был открыт порт Гуаньджоу, проникают миссионеры, в сер 16 века основались португальцы в Аомыни.

Япония: феодально-обсолютиский режим сёгунов установил закрытый режим. 5 Голландским кораблям можно заходить в порт Нагасаки. Большим было влияние в южной и юго-восточной Азии (Остиндия).это был регион морской торговли и борьба за торговые пути и рынки сбыта. Ранее были сильны португальцы и испанцы- уходят, но уже проникают Голландия(монопольные права на торговлю от мыса Доброй надежды и до Магелланова пролива), Франция, Англия. Голландцы проникали и в Бирму (Индокитай). В сер 17 века основной силой на Индостанском полуострове остается феодальная магольская империя и они постепенно подчиняя с севера продвигались в индию, португальцев изгнали из Калькутты – Голландцы и англичане.

Персидский залив- появляются фактории голландцев.

Османская империя: В Европе Балканы, Молдавия, Трансильвания, западная Грузия, Венгрия, крымское ханство, Армения, острова в Эгейском море. К сер 17 века наступательная мощь в ЗЕ направлении ослабла, военное превосходство ушло в прошлое. Более быстрое развитие стран. Марокко осталось независимым . Англия, Голландия, Португалия. Впервые негры появились в 1505. 20 % погибало при переезде. Это приносило.

Америка: Главный объект экспансии Франции, Англия. В 1608 году Шамплен основал Квебек. Более широкие масштабы при Решелье и расширил. А его политике преобладали религиозные мотивы. Попытки захватов на южно-американском континенте. В 1642 году основан Монреаль французами. Она встречала противодействия других государств. В 1607 году в устье реки Джеймс была основана Английская колония. В 30- колония Швеции. Испания закончила процесс конкисты. С 1518 широкая торговля невольниками.

Итак : к середине 17 века мир представлял собой экономическое единство. Роль Европы здесь была ключевой.

№3. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ АНГЛИЙСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

    В годы правления королевы Елизаветы I (1558-1603) Англия была еще целиком аграрной страной; подавляющее большинство населения, насчитывавшее около 4,5 млн. человек, жило в деревнях. Единственным крупным городом был Лондон; число его жителей с 1534 по 1660 г. увеличилось почти в 8 раз (с 60 тыс. до 460 тыс. человек). Уже это говорит о том, что в Англии в это время происходило интенсивное развитие хозяйственной жизни. Прежде всего оно началось в аграрной области. Тюдоровские реформы привели к концентрации земли в руках «денежных людей» — джентри и владельцев мануфактур. Предприимчивые хозяева в XVI в. начинают огораживать общинные угодья и разводить на них овец, чтобы торговать шерстью и мясом и получать прибыль. В результате беднейшие крестьяне, которые в течение предыдущих веков пользовались пастбищами, лугами и покосами, лишались источника существования. Тем самым создавалась потенциальная армия труда для мануфактур и рудников. В деревне, кроме того, распространялась крупная капиталистическая аренда земли; появлялась значительная прослойка фермеров, не подчиненных феодальным порядкам.

    Интересы этих новых, стремившихся к прибыли слоев английского общества приходили в резкое противоречие с традиционными отношениями в деревне, где господствовало феодальное право и земельные владения в качестве «рыцарского держания» подчинялись верховному сюзерену, королю, с вытекавшими отсюда многочисленными феодальными повинностями, правом опеки, зависимостью от короны и невозможностью распоряжаться хозяйством.

    Крестьянство оказывалось под двойным ударом: с одной стороны, росло наступление лендлордов на его права, с другой — его разоряли развитие капиталистических отношений и рост имущественной дифференциации в деревне. На все эти процессы крестьяне отвечали восстаниями — в 1597, 1607, 1631 гг.

    Происходили существенные изменения и в промышленности, особенно в формах организации и разделения труда; развивалась мануфактура, подчиненная капиталу, накопленному в торговле и ростовщичестве. Росла добыча свинца, меди, соли, железа; на этой базе развивалась металлургия. Основывались мануфактуры по выделке стекла, сахара, шелка, кружев, тканей. К концу XVI в. главной отраслью английской промышленности стало сукноделие; его продукты широко продавались не только на внутреннем, но и на внешнем рынке.

    Численно рос и укреплялся купеческий люд; часто купцы или промышленники покупали себе землю, а вместе с нею и дворянский титул. Промышленное производство все еще было тесно связано с сельским хозяйством. Благодаря этому складывался тесный союз городской буржуазии и новых землевладельцев — джентри. Новые дворяне — это часто одновременно и землевладельцы, сельские хозяева, и промышленники, и коммерсанты. Многочисленные, владевшие определенными привилегиями и имевшие твердое экономическое положение, они становились во главе всех оппозиционных правящему режиму Стюартов сил.

    Этим предприимчивым дельцам мешали феодальные ограничения — запреты на торговлю, цеховая регламентация, зависимость от короны, опека над их парламентской деятельностью. Их недовольство особенно усиливалось при королях династии Стюартов — Якове I (1603-1625) и его сыне Карле I (1625-1649), правление которых отмечено кризисом английского абсолютизма. Английская монархия пыталась опереться на аристократию, феодальное дворянство и англиканскую церковь. Стремлению буржуазии к свободной торговле Яков I и Карл I противопоставили систему раздачи монопольных прав на выпуск того или иного товара, что тормозило развитие промышленности и торговли, сковывало частную инициативу и конкуренцию. Во внешней политике эти короли также не считались с интересами английской буржуазии: они искали союза с католическими Испанией и Францией, стоявшими на пути английской морской торговли.

    В парламентах, где заседали представители буржуазии и джентри, росла оппозиция. Короли для борьбы с недовольными вводили в действие чрезвычайные суды Звездной палаты и Высокой комиссии. В стране действовала жесткая политическая и духовная цензура. Возмущение, однако, росло. И поскольку идейная жизнь общества в то время еще не отделилась от средневековых религиозных корней, протест против отжившего свой век строя выражался в религиозной форме. В этом сращивании социальных, политических и религиозных проблем состоит одна из важнейших особенностей Английской революции, отличающая ее от всех других революций позднейших времен.

№4. ВНУТРЕННЯЯ И ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ПЕРВЫХ СТЮАРТОВ. ОСОБЕННОСТИ АНГЛИЙСКОГО АБСОЛЮТИЗМА

С воцарением на английском престоле династии Стюартов (1603 г.) система абсолютизма вступила в этой стране в свою нисходящую кризисную фазу. Хотя признаки наступившего перелома уже довольно отчетливо проявились в последнее десятилетие правления «великой королевы» Елизаветы I, однако ореол ее «удачливого правления» помешал им вылиться в открытый политический кризис. Он разразился вскоре после того, как на английский престол взошел шотландский король Яков I. Стечение ряда обстоятельств объясняет относительную скоротечность системы абсолютизма в Англии. Разумеется, решающую роль в этом процессе сыграло исключительно быстрое созревание капиталистического уклада в экономике страны. Иными словами, период, в течение которого этот уклад нуждался в покровительстве двора, оказался в Англии исключительно кратким. Уже в конце XVI в. система «покровительства» стала восприниматься носителями этого уклада как система в высшей степени стеснительная, в правление же Якова I — почти как система его удушения. В результате экспансия капитала как производителя богатства стала несовместимой с сохранением абсолютистских форм правления.

Вторая по значению причина заключалась в относительно быстром сужении социальной базы абсолютизма даже в среде самого дворянства. Как уже отмечалось, Тюдоры немало потрудились не только в деле завершения разгрома старой феодальной знати, но и над созданием новой землевладельческой аристократии, целиком и полностью обязанной своим возвышением новой династии и поэтому безраздельно ее поддерживающей. Однако в течение XVI в. дворянство, вскормленное Тюдорами, в свою очередь расслоилось: значительная его часть, связав свое экономическое благополучие с капиталистическим способом производства, тем самым оказалась в открытой оппозиции к абсолютизму, особенно к той его форме, в которой он проявлялся в правление первых Стюартов. Итак, раскол английского дворянства на два антагонистических класса — уникальный по своей завершенности факт в европейской истории — не мог не ускорить наступление кризиса системы правления, на этот класс прежде всего опиравшейся.

В ряду причин, обусловивших скоротечность системы английского абсолютизма, важное место следует также отвести резкому обострению борьбы классов (и прежде всего на почве аграрного вопроса), вылившемуся в 1607 г. в крестьянское восстание, охватившее центральные графства страны. Известно, что тюдоровское законодательство, направленное против огораживаний, потерпело полную неудачу. Конец XVI и начало XVII в. совпали с новой волной огораживаний, намного более опустошительной в сравнении с прологом огораживаний в конце XV — начале XVI в. Причина этой неудачи лежит на поверхности: контроль за соблюдением законов против огораживаний был возложен на аппарат власти, так называемых мировых судей, находившийся в руках самих виновников огораживаний. Зато рвение тех же властей в преследовании бродяжничества превосходило все ожидания. Бродяги — жертвы огораживаний — забивались в колодки, заключались в работные дома, в тюрьмы, свозились в заморские колонии, их вешали десятками за кражу ковриги хлеба. Естественно, что откровенно террористическая политика по отношению к низам могла только усилить антиправительственное брожение в их среде, переросшее в открытое восстание в первые годы правления Якова I.

Таковы основные объективные причины кризиса системы английского абсолютизма. Однако немаловажную роль сыграли и субъективные причины — появление чужеземной династии на английском престоле несомненно ускорило наступление развязки. С одной стороны, парламентская оппозиция решила воспользоваться этим обстоятельством, чтобы в надежде на благодарную уступчивость и недостаточную осведомленность короля относительно английских порядков потребовать от него такого рода уступок, о которых она и мечтать не смела в правление королевы Елизаветы. С другой стороны, и Яков I Стюарт именно в силу своей «чужеземности» прибыл в Англию с далекими от реальности представлениями о границах королевской прерогативы в Англии. Разочарование и отчуждение с обеих сторон наступило очень скоро. В свою очередь, то обстоятельство, что в Англии сохранилось центральное сословно-представительное учреждение — парламент, содействовало тому, что кризис системы абсолютизма принял форму конфликта между королем и парламентом (точнее — с организованной оппозицией палаты общин). Очевидно, что в такой преобразованной и опосредствованной форме проявлялось постепенно разделявшее страну на два лагеря глубокое размежевание общественных классов по основным вопросам внутренней и внешней политики Якова I.

Столкновение между расширительным истолкованием королем прерогатив короны и не менее расширительным толкованием оппозицией привилегий парламента проходит красной нитью через парламентскую историю с 1603 по 1629 г., т.е. до того момента, когда наследник Якова Карл I распустил парламент, решив попытаться править страной без участия парламента. Конфликтные ситуации возникали почти по любому поводу, однако наибольшей остроты достигали при обсуждении торгово-промышленной, финансовой и религиозной политики короны.

Уже в первом созванном Яковом I парламенте палата общин представила на его рассмотрение документ, озаглавленный «Апология палаты общин». В нем (в противовес абсолютистским притязаниям Стюарта, изложенным в трактате Якова под названием «Истинный закон свободных монархий») подчеркивалось, что английский король не является ни абсолютным ни независимым от парламента главой государства. «Апология» объявляла верховным органом государства парламент во главе с королем, но отнюдь не короля, действующего независимо от парламента. Решительно отрицая принцип божественности королевской власти, авторы «Апологии» заявляли, что власть смертного короля не является ни божественной, ни единоличной, что права и вольности подданных не являются временной уступкой короля и не ограничены сроком заседаний парламента, а представляют собой «исконное право» свободных общин страны. Это прирожденное право свободнорожденных англичан, закрепленное в «Великой хартии вольностей»10 и других статутах королевства.

Источником прав английского народа является, по мысли авторов «Апологии», писаное право, фиксированное в законодательных актах, в противовес так называемому общему праву, основанному на прецедентах. Важно отметить, что завязавшийся спор между королем и парламентом по вопросу о королевской прерогативе и привилегиях парламента был менее всего спором отвлеченным. Его суть заключалась в стремлении буржуазно-дворянской оппозиции абсолютизму с самого начала правления «чужеземного» монарха точно обозначить границы его прав и полномочий. Иными словами, этот спор прямо отражал стремление оппозиции оградить экономические интересы буржуазии и «нового дворянства» от фискальных притязаний короны и воспрепятствовать внешней и внутренней политике, шедшей вразрез с этими интересами, изменениям в вероучении и церковной организации11. И в том и в другом случае на карту ставились судьбы буржуазного уклада.

Правление Якова I (равно как и его преемника Карла I) — это период углубляющейся феодально-абсолютистской реакции. Поскольку по любому сколько-нибудь важному вопросу внутренней и внешней политики позиции двора и парламента были по сути диаметрально противоположны, то неудивительно, что Стюарты созывали парламенты крайне редко и в большинстве случаев их сессии вскоре прерывались заявлениями о роспуске. В то же время без вотума парламента король не мог ни вводить новые налоги, ни собирать налоги традиционные. Именно это обстоятельство вынуждало Стюартов вопреки всему обращаться к парламенту, последний же решительно отказывался вотировать субсидии королю, не получив от него требуемых уступок. Одним словом, механизм власти в стране, столь безотказно функционировавший в пору, когда роль абсолютизма еще была исторически прогрессивной, теперь пришел в полное расстройство.

Склонный к роскоши и мотовству, Яков I испытывал постоянную финансовую нужду, усугублявшуюся непомерной щедростью к фаворитам. Естественно, что в условиях все обостряющегося конфликта с парламентом ему ничего не оставалось, кроме как прибегать к сбору незаконных (т.е. не вотированных парламентом) налогов и пошлин. Если же их не хватало, вспоминали старинные, давно отжившие свой век феодальные права короля как верховного сюзерена держателей земли на так называемом рыцарском праве или открыто прибегали к принудительным «займам». Парламент же со своей стороны, как только представлялся случай, делал все от него зависящее, чтобы законодательным путем закрыть королю доступ к внепарламентским источникам пополнения казны.

Так, например, второй парламент Якова I предложил ему сделку — «большой договор»: за 200 тыс. ф.сг. освободить, точнее, отменить держание земли на рыцарском праве и тем самым все вытекавшие из него повинности в пользу короля. Этим актом «новое дворянство» стремилось приблизить свои земельные владения к свободной буржуазной собственности. После длительного торга Яков I отказался от этого предложения, поскольку справедливо увидел в нем угрозу резкого сужения границ прерогативы короны. В том же парламенте король был вынужден согласиться на билль, запрещавший сбор пошлин без разрешения парламента. Однако из всех проявлений королевского произвола наибольшее возмущение вызывала политика продажи монополий. В ней представители оппозиции усматривали наиболее вопиющее расширение прерогативы короны за пределы законности. И хотя под давлением финансовых затруднений Яков I был вынужден согласиться на законодательное запрещение подобной практики, она тем не менее продолжалась вплоть до начала революции.

Наконец, и внешняя политика Якова I была предназначена как будто только для тою, чтобы вызвать ропот и возмущение в стране. В самом деле, еще со времени Елизаветы I Испания рассматривалась в качестве «национального врага» Англии. К торговому и колониальному соперничеству примешивался конфессиональный антагонизм: Испания вдохновляла и возглавляла европейскую католическую реакцию, Англия же как страна протестантская считала своим долгом всеми силами противостоять контрреформации. Однако Яков I начал осуществлять политику «примирения» с Испанией, т.е. политику, которую нельзя было расценить иначе как «антинациональную». Так, он под предлогом финансовых затруднений заключил с Испанией перемирие, позволив испанским войскам занять владения его зятя пфальцграфа Рейнского. Испанский посол в Лондоне Гондомер приобрел при дворе огромное влияние.

В конце концов возник план женить наследника английского престола принца Уэльского Карла на испанской инфанте. Естественно, что буржуазно-дворянской оппозиции этот брак казался совершенно неприемлемым — он не только шел вразрез с коммерческими интересами Англии, но и грозил усилением «католической опасности» в самой Англии. В конце 1621 г. королю была представлена петиция палаты общин, содержавшая резкие нападки на проект испанского брака, в котором усматривались «дьявольские интриги» английских и испанских папистов против «истинной религии». Крайне раздраженный строптивостью палаты, король на заседании Тайного совета в присутствии лордов и наследного принца собственноручно вырвал из журнала палаты общин текст представления, чтобы «воспрепятствовать использованию в будущем его двусмысленных выражений в качестве прецедента для дальнейших вторжений в область королевской прерогативы». Отказ испанского двора от предложенного ему брачного союза разоблачил всю беспочвенность и абсурдность внешнеполитических планов Якова I. На словах он «повинился» перед последним своим парламентом (1624 г.), на деле же он продолжал свои интриги против него. Так, вопреки обещанию не заключать без ведома и согласия парламента договоров с иностранными государствами Яков I заключил секретное соглашение с Францией о браке наследного принца, будущего Карла I, с сестрой французского короля Генриеттой Марией, ревностной католичкой. При этом будущий король подписал секретное обязательство предоставить сопровождающим Генриетту католическим священникам «свободу вероисповедания» (т.е. католицизма) при английском дворе.

Таков был пролог английской революции. Конфликт между буржуазными слоями и феодально-абсолютистским режимом, принявший форму конфликта между парламентом и королем, только обострился в правление Карла I (1625— 1649), Роспуском парламента в 1629 г. он добился лишь одного — оппозиция перенесла свою деятельность в графства, организуя на местах сопротивление всему тому в политике двора, в чем она усматривала покушение на интересы капиталистического развития страны. Характерным примером может служить попытка Карла I собрать неразрешенный парламентом налог под названием «корабельные деньги»12. Хотя отказ уплатить этот налог грозил тюремным заключением и принудительным его изъятием, на всю страну прогремело дело одного из лидеров (в прошлом) парламентской оппозиции Джона Гемпдена, отказавшегося уплатить налог и потребовавшего судебного разбирательства дела. И хотя приговор суда был вынесен в пользу короля, протест Гемпдена не остался одиноким. Неискренность, фаворитизм, интриги, а главное, полное пренебрежение к реальному соотношению общественных: сил в стране — таковы характерные черты внутренней и внешней политики Карла I в период его беспарламентского правления (1629—1640). Вспыхнувшая в 1639 г. англо-шотландская война поставила двор перед выбором: военное поражение или созыв парламента. Средств для ведения войны у короля не было, без парламента их невозможно было получить. Избрав последнее, Карл избрал революцию.

№5. ПУРИТАНИЗМ-ИДЕОЛОГИЯ АНГЛИЙСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

  Предпринимателей и новых дворян, приобретавших все больший вес в экономической жизни, не удовлетворяла англиканская церковь, подчиненная абсолютизму, требовавшая постоянных взносов и дорогостоящих пышных обрядов, утверждавшая диктат священства над душами верующих. Они становились пуританами (от английского pure — чистый), сторонниками очищения церкви от доставшихся в наследство от католицизма обрядов и таинств, от власти епископов, от церковных судов. Тем самым они протестовали против политических и социальных устоев, ибо главой англиканской церкви со времен реформации Генриха VIII был сам король; церковь же оправдывала, освящала, поддерживала систему феодально-абсолютистской монархии. Вероучение пуритан основывалось на идеях Жана Кальвина и шотландского проповедника Джона Нокса. Пуритане объявляли основой религии личную веру каждого, а значит, отрицали священную монополию духовенства, которое до сих пор стояло между человеком и Богом. В вере все равны — и лорды, и простолюдины. Так в религиозной форме рождалась идея социального и политического равенства.

    Пуритане отрицали обряды и утварь, иконы, скульптуры, витражи, священнические облачения, органную музыку — все, что противоречило идеалу бережливости, мирского аскетизма, «дешевой церкви». Они утверждали идею о «мирском призвании» человека и направляли его интересы к посюсторонним, материальным и социальным проблемам.

    Аргументы, образы, мысли, подтверждавшие их умонастроения, они черпали из Библии. Великая книга была переведена на английский язык английским гуманистом Тинделом еще в 30-х годах XVI в., но перевод этот не получил широкого распространения. В массах населения английский перевод Библии появился в 60-70-е годы: дешевые карманные издания, отпечатанные в женевских типографиях, нелегально пересекали пролив и распространялись в семьях сквайров, йоменов, купцов и ремесленников. В 1613 г. знаменательным событием стал санкционированный Яковом I новый перевод Библии на английский язык, осуществленный пуританами Кембриджского университета. С этого времени Библия стала главной книгой для широких слоев английского народа. Она воспринималась как высший, сакральный, вдохновленный самим Богом авторитет, руководство на все случаи жизни. Библия давала предписания и примеры, богатейший мир образов для искусства, литературы, политической публицистики, богословия.

    Пуритане отрицали иерархический епископальный строй. Организационные принципы пуританской церкви, получившей название пресвитерианской, строились следующим образом. Во главе каждой общины верующих стоял пресвитер (старейшина), избранный из среды «лучших», наиболее почитаемых людей. Вместо епископов церковь управлялась консисториями — советами из пресвитеров и проповедников. Пресвитерианами становились, как правило, зажиточные купцы, финансисты Сити, крупные землевладельцы-джентри, свободные крестьяне.

    Другие искали полной свободы веры и индивидуального общения с духовным миром. Их не удовлетворяла кальвинистско-пуританская доктрина с ее узкой регламентацией жизни, суровой догматикой и приверженностью букве древнего иудейского закона. Эти люди назывались индепендентами (независимыми). Они считали, что государство не должно вмешиваться в дела религии, выступали за широкую религиозную терпимость и свободные самоуправляющиеся конгрегации верующих. Индепендентство было выражением протеста против узкой замкнутости пресвитериан; оно давало широкий простор инициативе верующих и способствовало образованию многочисленных народных сект. В индепендентские конгрегации объединялись средние слои джентри, владельцы небольших мастерских и мануфактур, мелкие лавочники, подмастерья, крестьяне-арендаторы.

Пуританизм создал свою особую культуру, значительно отличавшуюся от культуры предшествующей, шекспировской эпохи. Пуритане резко выступали против театров, маскарадов, петушиных боев и прочих развлечений. Позднее, уже в ходе революции, они громили храмы, разбивали органы, витражи и скульптуры, уничтожали иконы. Так они выражали протест против роскоши и распутства двора, против ханжества и безнравственности духовенства. Однако существовала и другая сторона пуританства — дух скромности и самоограничения, безусловной честности перед Богом и людьми, высокой нравственности, гражданской и деловой активности. Библейская культура рождала новую, пуританскую этику, проводившую в жизнь идеалы общинности, народности, гражданственности, трудолюбия. Она обращалась больше к разуму, чем к чувствам верующих, отличалась трезвостью и рационализмом. В семье культивировались дружба, сплоченность между всеми ее членами; большое внимание уделялось воспитанию детей, ценились воздержанность, умение владеть собой, непритязательность. Все это сделало ранний пуританизм идейным знаменем борьбы широких слоев общества против англиканской догматики, королевского абсолютизма и феодального строя.

№6. ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА В АНГЛИИ. ЛЕВЕЛЛЕРЫ И УСТАНОВЛЕНИЕ РЕСПУБЛИКИ

Оппозиция королевской политике привела к составлению парламентом в 1628 г. «Петиции о праве» — документа, где перечислялись требования недовольных. Оппозиция выступала за охрану частной собственности от произвола короны и церкви, против вводимых королем без разрешения парламента новых налогов и вымогавшихся им субсидий, за права и вольности парламента. В ответ Карл I разогнал парламент и в течение одиннадцати лет правил единолично. Чтобы изыскать денежные средства, которые парламент отказался ему предоставить, король усилил косвенные налоги, возродил давно забытые феодальные поборы, раздал приближенным патенты, привилегии, монополии на выпуск определенных товаров. С помощью своего фаворита графа Страффорда он выкачивал деньги из порабощенной Ирландии. Другой приверженец и защитник абсолютизма Стюартов архиепископ Лод усилил гнет англиканской церкви над умами и кошельками подданных.

    В 1639 г. началась война с Шотландией. Северный сосед Англии не пожелал подчиниться абсолютистским нововведениям в государстве и церкви. Войска шотландских кланов перешли границу и заняли ряд крепостей. Карл I вынужден был созвать парламент. Он проработал всего две недели, с 13 апреля по 5 мая 1640 г., и был распущен, так и не дав королю разрешения на сбор новых налогов. В историю он вошел под названием Короткого парламента.

    Ведение затяжной и непопулярной войны, а также нужды короны требовали средств, и 3 ноября 1640 г. король созвал новый парламент, получивший впоследствии название Долгого. Созыв его принято считать началом Английской революции.

    Программа буржуазно-дворянской оппозиции, выражавшая ее политические, экономические и религиозные требования, нашла отражение в двух документах — «Петиции о корнях и ветвях» (декабрь 1640 г.) и «Великой ремонстрации» (декабрь 1641 г.). Парламент Принял и конкретные меры для выполнения этой программы. В июле 11641 г. были упразднены суды Звездной палаты и Высокой комиссии, Органы королевского и епископского произвола; 7 августа того же года отменен ненавистный феодальный побор — «корабельные деньги». Лидеры оппозиции были выпущены из тюрем.

    В своей борьбе парламентская оппозиция опиралась на широкое движение народных масс. Их недовольство особенно ярко проявилось в деле графа Страффорда, который создал в Ирландии армию, готовую по первому зову короля вторгнуться в Англию для подавления оппозиции. Парламентские вожди в первые же дни заседаний арестовали Страффорда. Когда в мае 1641 г. начался суд над ним, многотысячные толпы народа собрались к стенам королевского дворца Уайт-холла, чтобы заставить короля подписать смертный приговор ненавистному временщику. Страффорд был казнен 12 мая 1641 г. при огромном стечении народа на площади перед Тауэром. Позднее та же участь постигла Лода.

    Осенью 1641 г. вспыхнуло восстание в измученной поборами и гнетом Ирландии. Революция нарастала. В январе 1642 г. Карл I пытался арестовать пятерых парламентских лидеров, выступавших за выполнение требований «Великой ремонстрации». Но народ укрыл их в лондонском Сити. Улицы города снова заполнила бушевавшая вооруженная толпа. Король лично во главе отряда в 400 солдат явился в парламент с требованием выдать мятежников, но депутаты ответили отказом. Палата общин на время перенесла свои заседания в Сити. Потерпевший постыдное поражение король 10 января 1642 г. отбыл на север и в августе объявил гражданскую войну парламенту.

 Вооруженные силы парламента состояли из разрозненных, плохо экипированных и необученных отрядов народного ополчения. На его стороне выступили городские ремесленники и торговцы, свободные крестьяне экономически развитых восточных графств, джентри. Поначалу они терпели поражения от ударов королевской конницы, которую поддерживали знать, феодальное дворянство Севера, ростовщики двора, верхушка торговых компаний, совладельцы королевских монополий, англиканское духовенство. Парламентское командование во главе с графом Эссексом отнюдь не стремилось одержать скорую победу над королем. Генералы избегали решительных действий, а парламент, большинство в котором составляли пресвитериане, то и дело возобновлял переговоры с Карлом. Широкие же массы народа и индепенденты в армии и парламенте требовали активизации боевых действий и решительной победы над силами монархии. Противоречия между пресвитерианами и индепендентами обострялись.

    Дабы заручиться союзником, парламент 25 сентября 1643 г. заключил Торжественную Лигу и Ковенант с Шотландией, и в Англии было введено пресвитерианское церковное устройство. В начале 1644 г. шотландская армия перешла границу, чем содействовала успеху парламентских войск, 2 июня 1644 г. она нанесла первое серьезное поражение роялистским войскам при Марстон-Муре.

    Однако парламентские и армейские лидеры не желали воспользоваться плодами победы и потребовать от короля уступок. Hao6opcjr, всячески затягивая военные действия, упуская благоприятные возможности для разгрома войск короля, граф Манчестер и другие генералы пресвитерианской ориентации вновь уступили инициативу Карлу. Тот дошел со своим войском до самого Лондона, но, остановленный столичным народным ополчением, повернул и нанес парламентским войскам поражение при Ньюсбери. Наиболее дальновидным из индепендентов давно уже стало ясно, что парламентская армия и ее командование нуждаются в серьезной и решительной реорганизации.

    Лидером индепендентов становится небогатый дворянин из Хантингдона Оливер Кромвель. Ему удалось решить чрезвычайно важную для революционных сил задачу: создать новую регулярную парламентскую армию, в принципе отличавшуюся как от традиционно-феодальных войск роялистов, так и от прежнего разрозненного крестьянского и городского ополчения. В короткое время, сам неустанно организовывая, собирая, снабжая, обучая добровольцев, он создал боеспособные, дисциплинированные войска, воодушевленные идеалами свободы и справедливости, вдохновленные пуританским ветхозаветным духом — Армию нового образца. Акт о создании Армии был подписан 11 января 1645 г. В нее входили 6 тыс. человек кавалерии, одна тысяча драгун и 14,5 тыс. пехоты; это были небогатые джентри, крестьяне, ремесленники, подмастерья. Благодаря таланту и заботам Кромвеля, поставившего во главе войск незнатных, но толковых и преданных делу революции командиров, а также железной дисциплине и организации, высокому боевому духу, Армия Кромвеля вскоре стала одерживать победы над роялистами. 14 июня 1645 г. роялисты были окончательно разбиты при Нейзби, Карл I бежал на север и сдался в плен шотландцам.

    Победа над кавалерами на поле боя была закреплена революционным по своей сути актом парламента от 24 февраля 1646 г., предусматривавшим отмену системы королевской опеки над земельной собственностью подданных, уничтожение феодальной зависимости от короля, а также всех штрафов и других феодальных обязательств. Тем самым буржуазия и новое дворянство получили право частной собственности на поместья, на которые прежде распространялось право феодального вассального держания. В то же время средневековые обязанности крестьян по отношению к лордам не были отменены. Более того, превратив феодальную собственность в буржуазную, парламентские лидеры лишили английское крестьянство легальных прав на землю. В дальнейшем это привело к массовому процессу экспроприации крестьянства. Этот акт отражает консервативный характер буржуазно-дворянского союза.

    Разгром роялистов Армией нового образца и начатые парламентом реформы разбудили массовую инициативу широких демократических слоев народа. Городской плебс и массы английского крестьянства почувствовали свою силу и осознали свои права. Их толкала на выступления и нерешительность парламентских лидеров, которые выкупили короля у шотландцев, держали его в почетном плену в замке Холмби и вели с ним переговоры, добиваясь незначительных уступок.

    Для пресвитериан парламента и финансистов Сити, как и для «шелковых индепендентов» — армейской верхушки, зажиточного джентри и ряда парламентских лидеров, революция была по существу закончена. Они хотели добиться от короля согласия на конституционную монархию, т. е. на парламентский контроль над финансами, милицией и высшими государственными должностями; на установление общенациональной пресвитерианской церкви.

    Землевладельцы, получившие отныне возможность неограниченного распоряжения своими землями, начали безудержное наступление на права крестьян: огораживания и осушения болот, в результате которых выигрывали сквайры и разорялись простолюдины, приняли невиданные размеры. Демократические слои народа начали осознавать, что революция не оправдала их надежд на радикальные социальные и политические реформы.

         Ядром левых революционных сил становится армия, состоявшая преимущественно из среднего крестьянства и городских низов. Именно в армии и в среде мелкой буржуазии городов складывается в 1646-1647 гг. политическая партия левеллеров. Идейной основой их учения были доктрины естественного права, народного суверенитета, общественного договора, права народа низложить тирана и отозвать негодных должностных лиц. Уже в 1645 и 1646 гг. будущие лидеры левеллеров Дж. Лилберн, У. Уолвин, Р. Овертон выступили с памфлетами, в которых требовали создания демократических законов, гарантирующих не только верховенство парламента, но и права каждого отдельного гражданина, а также ответственности парламента перед народом. Из тезиса о неотчуждаемости народного суверенитета левеллеры делали вывод о необходимости установления народного контроля над парламентом; из идеи прирожденного равенства и правового достоинства всех людей следовало их требование отмены палаты лордов.

    В «Ремонстрации многих тысяч горожан» от 7 июля 1646 г. содержалась программа демократических преобразований: уничтожение власти короля и палаты лордов; передача верховной власти палате общин, ответственной перед избирателями; превращение парламента в ежегодно избираемый орган; полная свобода совести; сменяемость и ответственность всех должностных лиц. Несколько позднее к этим требованиям присоединились требования правового равенства всех «свободнорожденных» людей Англии, демократических свобод слова, собраний, петиций, союзов, отмены всяких почетных титулов и феодальных привилегий, неприкосновенности и полной свободы распоряжения частной собственностью. Программа левеллеров была наиболее последовательной программой революционной буржуазии.

    В 1647 г. Английская революция вступила в новый этап — буржуазно-демократический. Революционная инициатива переходит к массам народа. Попытки парламента договориться с королем и ценой компромисса добиться стабильности государства при сохранении монархии и двухпалатного парламента, а также решение о роспуске революционной армии, принятое в марте 1647 г., вызвали протесты демократических масс по всей стране. Солдаты и младшие офицеры, которым многие месяцы не выплачивали жалованье и которым предложили теперь сложить оружие и разойтись по домам или добровольно войти в войска, направляемые для подавления ирландского восстания, стали публично выражать недовольство. В полках начали избирать агитаторов; от имени солдат они выражали протесты и требовали не только выплаты армейского жалованья и материальной поддержки для вдов, сирот и инвалидов войны, но и обеспечения прав и свобод всех английских граждан. В мае стихийно прошли выборы наиболее активных агитаторов в Совет Армии. Попытки командования в лице генералов Кромвеля, Айртона, Флитвуда и Скиппона погасить конфликт не привели к успеху. Брожение нарастало, и в конце мая парламент издал приказ о роспуске Армии. Он встретил твердое сопротивление. Агитаторы требовали созыва общеармейского совета и отказывались подчиниться приказу.

    Это грозное движение заставило индепендентский генералитет, прежде всего Кромвеля и Ферфакса, пойти на разрыв с пресвитерианским большинством парламента и объединиться с армией, которая служила им главной опорой. По приказу Кромвеля корнет Джойс с отрядом в 500 кавалеристов в начале июня 1647 г. захватил короля и перевез его из замка Холмби в Норсемптоншире в Ньюмаркет, главную квартиру Армии. Лидеры индепендентов начали переговоры с Карлом, добиваясь выгодных для себя уступок. Дабы обеспечить себе влияние в Армии, они ввели в Совет офицеров всех высших чинов начиная с полковника и еще по два офицера от каждого полка. Все это вызвало возмущение солдат и низшего офицерства. Они выдвинули ультиматум, где потребовали от парламента прекратить вооружение лондонской милиции, направленное на обеспечение противовеса армейским силам, уплаты жалованья и прекращения интриг с королем.

    В ответ на это офицеры-индепенденты составили проект конституции — «Главы предложений». Согласно ей, существующий парламент должен быть распущен, новый парламент имеет двухгодичный срок полномочий. Выборы организовывались так, чтобы количество депутатских мест распределялось пропорционально количеству уплачиваемых жителями налогов. Монархический строй и палата лордов сохранялись; управление милицией и вооруженными силами, однако, передавалось в руки парламента. Епископат и пресвитерианство переставали быть обязательными; объявлялась свобода подачи петиций; упразднялись налоги на предметы первой необходимости, монополии и ограничения в торговле. Еще раз подтверждалась односторонняя отмена феодального рыцарского держания. Реформировалось судебное законодательство. Армии выплачивались все задолженности, объявлялась всеобщая амнистия.

    (Этот соглашательский проект был представлен королю, но он его отверг. А в Лондоне пророялистские элементы попытались произвести государственный переворот. Тогда армейское командование, поощряемое и подталкиваемое массовыми выступлениями солдат и младших офицеров, решило занять Лондон. 6 августа 1647 г. Армия вступила в столицу; от ее имени были опубликованы «Главы предложений». В [то же время левеллеры начали активно требовать выполнения своей программы демократических преобразований. Они выпустили два важных документа — «Дело Армии» и «Народное соглашение», где и изложили свой проект конституционного устройства страны. Главными пунктами этого поистине революционного проекта стали: всеобщее избирательное право для всех достигших 21 года; отмена королевской власти; однопалатный парламент, переизбираемый каждые два года; , ответственность всех депутатов и должностных лиц перед народом; отмена монополий, патентов, акцизов, всякого рода привилегий; прогрессивные формы налогообложения. «Дело Армии», кроме того, содержало требование вернуть огороженные земли их прежним владельцам. Для обсуждения вопроса о том, каким должно быть государственное и политическое устройство страны, 28 октября 1647 г. в Петни, предместье Лондона, собрался Совет Армии. Кроме индепендентских офицеров и армейских агитаторов на нем присутствовали представители гражданских левеллеров. Прения в Петни выявили серьезные расхождения в лагере революции. Если индепендентские лидеры выражали готовность допустить некоторые реформы при условии компромисса с феодальной монархией, то левеллеры шли гораздо дальше. Особенно горячие споры вызвали вопросы государственного устройства страны. Левеллеры по существу выступали за превращение Англии в республику с однопалатным ежегодным парламентом во главе; индепенденты склонялись к конституционной монархии. Не менее острым оказался вопрос об избирательном праве. Индепенденты не могли согласиться с тем, чтобы им обладали неимущие или малоимущие слои населения, как того требовали левеллеры. В связи с этими кардинальными проблемами были затронуты и другие, не менее существенные: о праве вето короля, о прирожденных правах народа, восставшего против роялистов, в частности о праве собственности, о принципе равенства всех перед законом; была высказана мысль о необходимости призвать Карла к ответу за бедствия, причиненные Англии. Когда прения зашли в тупик, Кромвель приказал агитаторам и офицерам немедленно вернуться в полки, к исполнению своих прямых обязанностей. Заседания были прерваны, «Народное соглашение» передано комитету, составленному из одних офицеров, Совет Армии прекратил свое существование.

    Левеллеры попытались выразить протест на общеармейском смотре в Уэре 15 ноября, но Кромвель своей личной волей сломил сопротивление, схватил зачинщиков и расстрелял одного из них. В результате левеллерское движение оказалось на время парализфанным, генерал Ферфакс сформировал новый Совет Армии, куда не включил представителей солдат. Отныне Совет превратился в послушный воле командования совещательный орган.

    Победа индепендентов на прениях в Петни, роспуск Совета Армии и провал левеллерского протеста в Уэре способствовали усилению сил пресвитерианско-роялистской реакции. В ноябре 1647 г. Карл I бежал на остров Уайт, а в конце декабря заключил тайный союз с шотландскими пресвитерианами. В ответ парламент издал приказ о прекращении всяких сношений с королем, а весной 1648 г. началась вторая гражданская война.

    Она продолжалась недолго. У роялистов уже не было большой организованной армии: восстали лишь некоторые разрозненные отряды и гарнизоны крепостей. Кромвелю удалось разгромить их сначала в Уэльсе, затем при Престоне. Ферфакс после длительных усилий взял Колчестер. К сентябрю 1648 г. военные действия были в основном закончены. Но пресвитериане не теряли надежды на восстановление «законного порядка». В сентябре палата общин начала новые переговоры с королем; от него требовали весьма незначительных уступок: отменить все декларации, направленные против парламента; ввести на три года пресвитерианское устройство в церкви; на двадцать лет передать управление милицией парламенту. Возникла реальная угроза возвращения Карла на трон.

    Это привело индепендентов к новому сближению с левеллерами и в их лице — с широкими массами народа. В сентябрьской петиции в парламент левеллеры потребовали обеспечить верховенство палаты общин, равенство всех перед законом, свободу совести, упростить законодательство и уничтожить все феодально-сословные привилегии. Они настаивали на отмене косвенных налогов, церковной десятины и уничтожении изгородей и заявили, что не видят никакой пользы в дальнейшем существовании короля и лордов. В то же время левеллеры подчеркнули, что, по их мнению, следует обязать настоящий и все будущие парламенты не допускать упразднения собственности, уравнения имуществ и превращения частных владений в общее достояние. Это принципиальное положение явилось основой их блока индепендентами.

    Когда же стало ясно, что переговоры с Карлом зашли в тупик, пресвитерианский парламент намерен расправиться с народным движением, Армия предприняла решительные действия. Короля перевели из Ньюпорта в крепость-тюрьму Херст. 2 декабря войска заняли Лендов, командование расположилось в королевском дворце Уайтхолле 6 декабря произошла знаменитая Прайдова чистка парламента: полковник Прайд со своими солдатами утром встал у входа в палату общин и не допустил на заседания пресвитериан, склонных к компромиссу с королем. Таким образом из парламента было изгнано большинство депутатов. Вслед за тем создан Верховный Суд справедливости для рассмотрения преступлений Карла Стюарта. 4 января 1649 г. палата общин объявила народ источником всякой справедливой власти, а саму себя — верховным органом страны. Тем самым фактически в Англии установился республиканский строй.

    Верховный Суд справедливости заседал в Вестминстере в течение января 1649 г.; он обвинил Карла в попытке установить тираническую власть, в уничтожении прав и вольностей народа, в кровопролитии и государственной измене и приговорил его к смертной казни. 30 января 1649 г. невиданный прежде в истории акт свершился: по приговору суда королю всенародно, на площади перед дворцом отрубили голову как «тирану, изменнику, убийце и открытому врагу» английского государства. В Англии была провозглашена республика.

№7. ИНДЕПЕНДЕНТСКАЯ РЕСПУБЛИКА И ПРОТЕКТОРАТ КРОМВЕЛЯ

После установления республики левеллеры подвергли новый режим резкой критике. Лилберн опубликовал в первые месяцы 1649 г. два памфлета, оба — под красноречивым названием «Новые цепи Англии». Он упрекал парламент в том, что тот не дал народу истинных прав и свобод, не позаботился о его материальном благосостоянии, а превратился в своекорыстную, олигархическую клику. В самом деле, в парламенте после Прайдовой чистки заседало не более 100 человек, которые отнюдь не являлись народными представителями. Народ низведен до ничтожества, писал Лилберн, а между тем ему льстят, уверяя, что он — единственный источник справедливой власти. На самом деле вся реальная власть в стране передана Государственному совету, и его члены «будут иметь громадную возможность сделать себя абсолютными и безответственными». Левеллеры были правы: страной управляла верхушка Армии с Кромвелем во главе и несколько высокопоставленных юристов. Члены же парламента заботились прежде всего о своих личных и классовых выгодах.

    Левеллерские призывы падали на благоприятную почву. Положение народа в результате войн и кризиса власти резко ухудшилось. В ремесле и торговле царил застой, многие тысячи людей разорились.

    Работать было негде, толпы нищих оборванцев бродили по дорог, Три года подряд неурожаи подтачивали земледелие, хлеб дорожал скот падал. Сорокатысячная Армия висела на шее народа тяж ярмом. Налоги росли, церковная десятина продолжала взиматься, смотря на провозглашенную республикой свободу совести. Неуклонно ползли вверх цены на мясо, соль, свечи, ткани, уголь. Люди голодали.

    Весной 1649 г. поднимается новое движение «истинных лев ров», или диггеров («копателей»). Народные низы — беднейшие крестьяне, безработные, поденщики, лишенные имущества в результате огораживаний и бедствий войны,- выдвинули требования имущественного равенства, обобществления земли и общего труда на ней, уничтожения эксплуатации. Вождем диггеров стал Джерард Уинстэнли, сын ланкаширского торговца. Весной 1649 г. он собрал на холме Св. Георгия в графстве Серри несколько десятков бедняков, которые начали обрабатывать пустовавшую землю и сеять на ней бобы, морковь и турнепс. Они призывали всех желающих присоединиться к ним и выражали надежду, что вскоре вся земля покроется такими самоуправляющимися трудовыми общинами.

    Судьба этой первой примитивно-коммунистической колонии печальна: ее много раз разгоняли, диггеров побивали камнями. Хижины, которые они возводили, сжигались, посевы вытаптывались, людей и скот безжалостно избивали. После ряда потрав и перемещений колония была окончательно разгромлена весной 1650 г. Та же участь постигла и несколько других диггерских поселений, возникших в графствах Норсемптон и Кент.

    Политически левеллеры решительно отвергли какую бы то ни было причастность к движению диггеров. В последнем варианте «Народного соглашения», выпущенном в мае 1649 г., они заявляли, что будущий парламент не должен «уравнивать состояния, разрушать собственность или устанавливать общность имуществ». Весной 1649 г. левеллеры, разуверившись в возможности добиться реформ конституционным путем, подняли восстание в Солсбери; отряды их выступили также в Оксфордшире и двинулись на соединение с восставшими. Кромвель и Ферфакс бросили против них лучшие силы своей кавалерии и в ночь с 14 на 15 мая разгромили непокорных. Та же участь постигла левеллерских повстанцев и в других полках. К осени левеллерское движение в Англии было полностью разгромлено. Были изданы карательные указы против рантеров и других оппозиционных народных движений. Поражение демократических сил революции в значительной мере сузило классовую базу республики, оттолкнуло от нее широкие массы народа — крестьянства, мелкобуржуазных и плебейских городских слоев и в конечном итоге привело ее к гибели.

    Перед английской республикой с самого начала стояли задачи упрочения власти индепендентского джентри и буржуазии. Справившись с оппозицией, она должна была ликвидировать очаги роялистской угрозы в Ирландии и Шотландии. В июле 1649 г. Кромвель во главе своей Армии «железнобоких» отправляется на завоевание Ирландии. Ожесточенные тяжелыми походами, болезнями, недостатком продовольствия и несгибаемым сопротивлением местных жителей, Кромвель и его солдаты залили страну кровью. Они не щадили ни женщин, ни детей, ни священников. За несколько месяцев цветущая страна была разорена и повержена в нищету.

    Завоевание Ирландии имело два важнейших результата. Во-первых, оно привело к разграблению ирландских земель и обогащению за их счет новых классов. Солдатам и офицерам вместо жалованья выдавали «обязательства» на наделы землей в Ирландии. Нуждаясь в деньгах, они за бесценок продавали эти бумажки предприимчивым скупщикам. В результате за счет ирландских земель сложился новый слой лендлордов, превратившийся в контрреволюционную силу и немало способствовавший впоследствии реставрации Стюартов. Во-вторых, ограбление Ирландии превратило народную революционную Армию в захватчиков и беспринципных наемников, охваченных жаждой наживы. Революционная инициатива народа была таким образом нейтрализована.

    В то же время роялистская угроза отнюдь не была ликвидирована. Сын казненного Карла I был провозглашен в Шотландии королем всех трех государств. Карл II принял Ковенант и согласился на установление пресвитерианской церкви в Шотландии. Теперь английской республике угрожало вторжение с севера. Кромвелю с его Армией пришлось еще раз отвоевывать достижения революции. 3 сентября 1650 г. он разбил втрое превосходившие силы шотландцев при Денбаре, а ровно через год нанес им сокрушительное поражение при Вустере. Молодой король, лично командовавший боем, бежал. Шотландская армия была уничтожена полностью. Авторитет, слава и власть Кромвеля поднялись на небывалую высоту. Благодаря его победам английскую республику официально признали Испания, Германия, Швеция, Франция, итальянские города и заокеанские колонии.

    Внутриполитическое положение республики, однако, оставляло желать лучшего. Страна была разорена, торговля и ремесло находились в упадке, земледелие тоже. Получившие полную свободу земельные собственники беззастенчиво грабили крестьян, и те разорялись, теряя скудные наделы и заработок. Вместо старых патриархальных лордов, бежавших в королевскую армию или за границу, появлялись новые господа, более циничные и корыстные; они с еще большей энергией огораживали поля, сгоняли крестьян с насиженных мест, и те пополняли огромную армию бродяг. Безработных было столько, что перед республикой вставал серьезный вопрос: как их прокормить и избегнуть их недовольства? Тюрьмы были полны несостоятельных должников. Законы не соблюдались или использовались во зло беззастенчивыми юристами, которые наживались на несчастьях разоренных людей.

    Необходимо было провести реформу законодательства, добиться устроения церковных дел и, главное, установить в Англии новую конституцию. Было ясно, что нынешний парламент, который в народе презрительно именовали «охвостьем», давно никого не представляет и занят исключительно погоней за личным обогащением и выгодными должностями. Члены «охвостья», некогда революционные индепендентские лидеры, раздавали теперь друг другу земли, леса, угольные копи, конфискованные у роялистов ценности, монополии. Их главной задачей было сохранить и укрепить свою власть, умножить богатства. Они всячески старались продлить свои полномочия и выдвинуть такой проект избирательного закона, по которому все нынешние члены «охвостья» остались бы у власти на неопределенно долгое время.

    В народе росло недовольство продажностью и бездействием правящей власти. Требования реформ раздавались и в Армии, и среди высшего офицерства. В этих условиях Кромвель еще раз решается на революционный шаг: 20 апреля 1653 г. он разгоняет парламент и назначает новый орган власти.

    Малый, или Бэрбонский, парламент открыл свои заседания 4 июля 1653 г. Он состоял из 139 небогатых сквайров, лавочников, торговцев, выдвинутых местными религиозными конгрегациями из числа наиболее благочестивых и проникнутых проповедническим рвением своих членов. С простодушным усердием не искушенных в политике людей депутаты в первые же недели провели ряд важных реформ: назначили комитет для кодификации запутанного английского законодательства, отменили доставшийся в наследство от феодальных времен суд канцлера, заменили церковный брак гражданским, отменили жестокие казни. Они уничтожили право патроната, т. е. право лендлордов выставлять кандидатов на церковные должности, и тем самым вывели церковь из-под контроля собственников. «Святые», кроме того, принялись и за социально-экономические преобразования, и тут выказав себя радикалами: ликвидировали систему откупов при сборе податей; начали обсуждать принципы налогообложения, обнаружив намерение привести ее в соответствие с доходами населения. Они ставили вопросы о компенсации беднякам убытков, нанесенных огораживаниями, об отмене акцизов, ренты лендлордам и церковной десятины, правом на получение которой владели многие светские собственники земли.

    Неудивительно, что деятельность парламента вскоре вызвала резкое недовольство правящей верхушки. Под давлением офицеров Малый парламент вынужден был самораспуститься. В декабре 1653 г. в Англии была принята новая Конституция — «Орудие управления». Согласно ей, Кромвель получал пожизненный пост лорда-протектора Англии, Шотландии и Ирландии и управлял совместно с парламентом 22

    из 400 человек, который должен был избираться один раз в три года; сессия продолжалась не менее пяти месяцев. Избирать в него могли только люди, имевшие не менее 200 фунтов стерлингов — в земле или движимости. Это была цена значительно более высокой, чем даже при Стюартах. Избирательные округа были перераспределены в пользу городов и средних слоев населения — осуществилось то, чего требовали и Долгий парламент в начале своих заседаний, и «Главы предложений», и левеллерское «Народное соглашение». Исполнительная власть вручалась протектору и пожизненному Государственному совету из пятнадцати лиц, выдвинутых Советом офицеров. Сам протектор получал огромную власть: он назначал должностных лиц, командовал вооруженными силами, ведал международной политикой; законы не могли изменяться, налоги не могли вводиться без его согласия. По существу, в стране была установлена военная диктатура Кромвеля, который опирался на победивших в революции индепендентов-офицеров и широкие круги собственников, заинтересованных в стабильной государственной власти.

    Политика протектората отличалась умеренностью и осторожностью. Были отменены все постановления Бэрбонского парламента. Подготовка реформы права передана в руки дипломированных юристов; церковная десятина сохранялась в неприкосновенности. Что касается проповедников, то для вступления в должность им полагалось представлять свидетельство о благочестии, подписанное тремя уважаемыми лицами. Была установлена веротерпимость, сектантов преследовали лишь за антиправительственные выступления.

    Произошло полное присоединение Шотландии и Ирландии к Англии. Их парламенты были ликвидированы, и они отныне посылали в объединенную палату общин по 30 представителей. Таможенные барьеры уничтожались, повсюду вводились английское право, английская система судопроизводства и налогообложения. Население Ирландии принудительно выселялось из наиболее развитых и плодородных областей в суровые северо-западные графства; освобожденную таким способом землю получали английские солдаты и купцы.

    Был заключен мир с Голландией: война, начатая при республике в связи с введением Навигационного акта (1651), который ограничивал права голландских купцов, закончилась победой Англии; были подписаны выгодные торговые договоры со Швецией, Данией, Португалией.

    Парламент, собравшийся согласно новой Конституции, попытался урезать власть протектора и пересмотреть «Орудие управления». Проведенная Кромвелем чистка не помогла. Депутаты, как когда-то в Долгом парламенте, требовали расширения полномочий палаты, введения налогов только с ее согласия, передачи ей контроля над милицией, сокращения численности Армии, возврата к более широкому избирательному цензу — сорок шиллингов годового дохода. В парламент поступали петиции с требованием урезать власть протектора, распустить существующий законодательный орган и созвать «полный и свободный парламент» на основе «Народного соглашения». В результате Кромвель распустил и это собрание и стал править единолично. В ответ на недовольство широких масс народа, на отказы платить налоги, на петиции и письма он ввел в стране полицейский режим майор-генералов. Англия была разделена на одиннадцать округов, каждый из которых возглавлял правитель, ответственный за все: за милицию и налоги, за религию и нравственность, за судей и подсудимых. Он был обязан подавлять мятежи и восстания, обеспечивать безопасность от грабителей на дорогах, наблюдать за недовольными, пресекать всякого рода сборища, определять на работу бродяг, наказывать богохульство и ереси. Для исполнения этих обязанностей майор-генерал получал право управлять милицией и регулярными военными силами. Мелочному надзору подлежала даже личная жизнь граждан. Англия превратилась в угрюмую молчаливую страну, проникнутую духом подозрения и наушничества. Была введена цензура на все печатные издания, закрыты многие независимые газеты. Тюрьмы были переполнены.

    Однако режим майор-генералов и содержание разветвленной полиции стоили больших средств, катастрофически рос финансовый дефицит правительства. А экономическая политика протектората была столь же реакционной, как и его полицейская система. Ордонансом 1656 г. феодальные повинности отменялись, но, как и в указе 1646 г., отменялись только для сквайров. Крестьяне же продолжали нести ярмо унизительных повинностей и платежей. Церковная десятина, символ собственнических прав, осталась в неприкосновенности. Возродилась практика откупов и раздачи монопольных прав. Огораживания продолжали расширяться.

    В 1655 г. началась война с Испанией, что привело к росту финансового дефицита. Страна страдала от налогов, Сити отказывало правительству в займах. Армия не получала жалованья и громко роптала. В такой обстановке Кромвель был вынужден в сентябре 1656 г. созвать новый парламент. Главным решением его явилось предложение Кромвелю новой Конституции — «Смиренной петиции и Совета». Она устанавливала в Англии правление короля (его титул должен был принять Кромвель), палаты лордов и палаты общин, т. е. возвращала страну к дореволюционной форме правления. Кромвель после некоторых колебаний принял эту Конституцию, отказавшись, однако, от королевского титула: против него (титула) резко возражали офицеры. В остальном его правление приобретало все более традиционные формы.

    Однако и после установления столь близкой к монархической Конституции правительству не удалось решить насущных социально-экономических проблем. Армия и флот по-прежнему истощали бюджет. Чудовищный финансовый дефицит постоянно увеличивался, государственный долг дошел до полутора миллионов фунтов стерлингов. Торговля и ремесла находились в плачевном состоянии. Безработица и обнищание народа достигли небывалых размеров. Социальная база протектората сужалась. Только личный авторитет Кромвеля спасал от мятежей и развала.

    

    

    

№8. ВТОРАЯ РЕСПУБЛИКА И РЕСТАВРАЦИЯ СТЮАРТОВ

 3 сентября 1658 г. Кромвель умер, и власть перешла к его сыну Ричарду, который оказался не способен поправить положение страны. Недовольство народа прорывается с новой силой, и под его нажимом весной 1659 г. к власти возвращается республиканское «охвостье» Долгого парламента. В Англии установилась Вторая республика. Однако олигархическая клика прежних вершителей революции, озабоченная лишь узкими своекорыстными интересами, оказалась неспособной провести реформы ни в экономической, ни в политической, ни в судебной и социальной областях. Народное движение нарастало; чтобы подавить его, осенью 1659 г. армейская верхушка во главе с генералом Ламбертом разогнала «охвостье» и установила военную диктатуру.

    Неустойчивость политического режима, подъем народных волнений, требования демократических реформ привели буржуазно-дворянский союз к мысли о необходимости реставрации законной монархической власти. Слухи о предполагаемом вооружении народных сект — анабаптистов, милленариев, квакеров — заставили дисциплинированную и монолитную армию генерала Монка, расквартированную на севере, двинуться на Лондон, расположиться в столице и вернуть в парламент изгнанных из него в декабре 1648 г. пресвитериан. Они собрались в Вестминстере 21 февраля 1660 г. Первой их заботой было отменить все акты «охвостья», изданные осенью 1648 г.; передать государственные должности, командование армией и милицией в руки своих сторонников. Было восстановлено пресвитерианское устройство церкви. Республиканцы частью были арестованы, частью удалены из Лондона. После этого Долгий парламент издал акт о самороспуске и назначил выборы в Конвент.

    В это время Карл II, находившийся в Голландии, издал Бредскую декларацию, в которой обещал английскому народу амнистию за все деяния в гражданской войне, свободу вероисповедания и утверждение происшедших земельных продаж и конфискаций. Конвент, собравшийся 25 апреля, провозгласил его законным монархом, и 26 мая новый король, торжественно приветствуемый подобострастной толпой, въехал в Лондон. В Англии вновь установился режим абсолютной монархии.

    Реставрация началась с репрессий. Были схвачены и казнены не успевшие бежать за границу деятели революции, а также сектанты, пытавшиеся протестовать против новых порядков. Даже тела Кромвеля, его зятя Айртона и главы суда над Карлом I Брэдшоу были извлечены из могил, обезглавлены и повешены у всех на виду. Восстановлена в правах англиканская церковь и изгнаны из приходов пресвитерианские и индепендентские проповедники. Акт о «незаконных сборищах» (1664) запрещал любые публичные моления, кроме официальных. Всякое молитвенное собрание, на котором присутствовало более пяти лиц, рассматривалось как уголовное преступление. Подавать петиции без разрешения местных властей запрещалось. Карл II восстановил жесточайшую цензуру на все печатные издания, резко сократил число типографий. На площадях запылали костры: палачи жгли памфлеты и книги революционной поры.

    Роялисты, пришедшие к власти вместе с Карлом II, старались вернуть себе утраченные с революцией земли и влияние. Но правительство было вынуждено считаться и с интересами буржуазии: оно поощряло торговлю и промышленность, вело колониальные войны. Далеко не все земельные владения, переместившиеся в ходе революции, вернулись в прежние руки. Карл II вел войны с Голландией за торговое преобладание на морях. Благодаря его браку с португальской принцессой, Англия получила во владение город Бомбей в Индии, ставший опорным пунктом закабаления этой страны.

    Внутри Англии реакция усиливалась. Росло влияние католической Франции, от правительства которой Карл II, ведший расточительную и распутную жизнь, получал ежегодную пенсию. Вместе с тем усиливалась и тайная, но стойкая оппозиция режиму реставрации. Наследники революционных народных сект — квакеры, заявившие о своем миролюбии и приверженности принципу ненасилия, продолжали собираться для молчаливых молитв. Авторы политических теорий и литераторы в иносказательной форме доказывали преимущества республиканского строя. Когда в 1685 г. Карл II умер и престол занял его брат Яков II, католик, вспыхнуло восстание герцога Монмаута, незаконного сына Карла II. Он обещал восстановление политической и религиозной свободы, ежегодный созыв парламента и замену постоянной армии народным ополчением. К восстанию присоединились крестьяне и горнорабочие; но оно было жестоко подавлено властями. Дж. Монмаут казнен.

    После этого террор усилился. Яков II, также тайно получавший пенсию от французского короля, стал предпринимать шаги для установления в Англии католицизма, отождествлявшегося в умах современников с феодальной реакцией и подчинением французам и папе римскому. Возмущение политикой короля стало всеобщим, и лидеры оппозиции в июне 1688 г. послали приглашение главе нидерландского правительства Вильгельму Оранскому, мужу дочери Якова II Марии, явиться в Англию с оружием в руках и восстановить в ней попранные «протестантские свободы».

№9. «СЛАВНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ» В АНГЛИИ

5 ноября Вильгельм высадился в Англии с 15-тысячным войском. Отряды, собранные Яковом II, стали переходить на сторону противника со своими командирами во главе. Покинутый всеми Яков II бежал во Францию. 18 декабря 1688 г. Вильгельм Оранский вступил в Лондон и в начале 1689 г. был провозглашен королем Англии. Так произошел бескровный государственный переворот, получивший название «Славной революции».

    Основным документом нового государственного режима стал «Билль о правах». Англия превращалась в конституционную монархию. Король терял право вето и должен был управлять страной совместно с парламентом. Он не мог без разрешения парламента собирать налоги, содержать постоянное войско, вмешиваться в дела религии. В то же время избирательное право оставалось прежним — им обладали только имущие граждане, огромное большинство народа было этого права лишено. Распределение депутатов по избирательным округам продолжало, как и до революции, оставаться непропорциональным. Религиозная терпимость, провозглашенная биллем, носила ограниченный характер: сектанты, отрицавшие догмат о троичности божества, преследовались по всей строгости закона. Но и пресвитерианство не стало господствующей религией, ею оставалось англиканство. Индепендентские конгрегации получили право свободного вероисповедания. В стране надолго устанавливается двухпартийная система, возникшая еще в годы реставрации: то виги (буржуазно-дворянская партия), то тори (консерваторы-землевладельцы) получают преобладание в правительстве.

    В целом переворот 1688 г. представлял собой компромисс между земельной аристократией и поднимающейся крупной буржуазией, которые отныне вместе делили власть. Массы народа по-прежнему не допускались к участию в политической жизни. Характерными чертами английской истории с этих пор становятся развитие предпринимательства, бурный рост первоначального накопления капитала, расцвет мануфактуры. Законодательные реформы, осуществленные в ходе обеих революций, привели к массовой экспроприации и сгону с земли крестьянства; в стране завершился аграрный переворот. Во внешней политике правительства поощрялось ограбление колоний и велась успешная борьба за преобладание над другими державами на морях.

№10. КУЛЬТУРА И ПОЛИТИЧЕСКАЯ МЫСЛЬ В АНГЛИИ В 17 ВВ.

В XVII в. в Англии происходит поворот от средневековой культуры в широком смысле слова к культуре нового времени. Это касалось прежде всего идейной, мировоззренческой сферы. Революционная борьба начиналась как движение за свободу вероисповедания; воодушевленная текстами и образами Ветхого Завета, она сделала своим идейным знаменем пуританизм; народные низы горели эсхатологической верой в скорое второе пришествие и установление Тысячелетнего царства. Но и в ходе самой революции, и в значительной мере в результате ее поражения идеалы пуританизма были развенчаны. На смену туманным милленарийским чаяниям приходил культ Разума; на смену идеалистическому стремлению к всеобщему братству и любви — интерес наживы. На примере множества трактатов и публицистических произведений можно проследить эту эволюцию от веры к разуму, от пуританского ветхозаветного монотеизма к трезвому просветительскому деизму. Необычайная популярность и распространенность Библии стимулировали ее критику — как ученую, так и стихийную, непросвещенную, сектантскую. Кальвинистская этика, насаждавшаяся пуританскими проповедниками, несла с собой культ рационалистической утилитарности. Левеллерские политические теории и сам характер их аргументации от естественного права усиливали тенденции к секуляризации.

    Если начало века знаменовалось расцветом драмы и поэзии — достаточно назвать имена У. Шекспира, К. Марло, Б. Джонсона, Г. Спенсера, Дж. Донна,- то культура эпохи революции дала миру одно по-настоящему великое имя — Джона Милтона. Его ранние стихи, поэмы и драмы сочетают в себе традиции Ренессанса и духовную глубину развитой религиозности Реформации. Его политические трактаты — против епископата, о свободе личности, о праве на развод, о свободе печати, а также знаменитые зрелые творения 1649-1650 гг., написанные в защиту цареубийства и английской республики,- выражают точку зрения партии индепендентов, возглавившей революцию. Великие поздние поэмы «Потерянный рай», «Возвращенный рай» и драма «Самсон-борец», продиктованные слепым поэтом в эпоху террора и гонений, поднимают вечные вопросы о добре и зле, грехе и раскаянии, о праве и возможности сопротивляться тирании и отстаивать человеческое достоинство в самых неблагоприятных обстоятельствах.

    Среди заметных явлений культуры в революционное двадцатилетие, оказавших влияние на позднейшее развитие, следует назвать кружок Сэмюэля Хартлиба, активно действовавший с первых лет работы Долгого парламента. Он состоял из социальных реформаторов, ученых, инженеров, изобретателей, преобразователей сельского хозяйства, педагогов. Кружок был тесно связан с европейским реформационным и гуманистически-просветительским движением: в него входили знаменитый чешский педагог Я.А. Коменский, инженер из Богемии Иоганн де Берг, протестантский пастор и миссионер Джон Дьюри и др. Члены его выступали с многочисленными проектами реформ в социально-экономической области, образовании, агрикультуре, технике, рудном деле и т. п. Из их среды вышла предложенная парламенту анонимная утопия «Описание знаменитого королевства Макарии».

    Значительный прогресс был достигнут в естественных науках и философии. На заре века выступил с замечательными трудами Ф. Бэкон. В середине столетия Т. Гоббс систематизировал материалистическое учение Бэкона, в то же время упростив его. Другой политический философ Дж. Гаррингтон выводил форму государственного правления из формы распределения земельной собственности в стране; согласно его теории, в Англии XVII в. произошло перемещение земельной собственности из рук короны, знати и церкви в руки народа; соответственно форма правления должна быть республиканской. Теории Гаррингтона — в частности, принцип введения аграрного закона, ограничивающего крупную земельную собственность, а также принцип ротации, т. е. ежегодного обновления всех государственных учреждений на одну треть,- оказали влияние на дальнейшее развитие социальной и политической мысли.    Существенный вклад в развитие политической теории внесли памфлеты и трактаты левеллеров — Дж. Лилберна, У. Уолвина и Р. Овер-тона. Социальную утопию, в основу которой был положен принцип общей собственности на землю, создал вождь диггеров Дж. Уинстэнли. Теории политической экономии, базирующиеся на материалистическом методе Ф. Бэкона и Т. Гоббса, развивал У. Петти, заложивший в своих трудах основу теории трудовой стоимости. Квакер Дж. Беллерс создал оригинальный проект «Производственного содружества» — своего рода производственного кооператива, который приносил бы прибыль богатым основателям, вложившим туда свой капитал, и обеспечивал бы безбедную жизнь беднякам-работникам, воспитание и бесплатное образование их детям.

    После поражения революции идейная атмосфера в стране резко изменилась. В литературе, мемуаристике, драме, переписке стали преобладать мотивы упадка, страха, распущенности, цинизма. Этические ценности разительно меняются: равнодушие к политическим проблемам сочетается с восхвалением материального процветания. После реставрации Дж. Чайлд, Ч. Дэвенант, Д. Дефо и другие открыто признавали, что ведущим импульсом человеческого существования является интерес наживы. Отчетливо проявилось стремление к конкретным техническим и научным новшествам, а также к агрессивному экономическому проникновению в другие страны. В самой Англии распространились взяточничество, коррупция. Карл II и его двор поражали своим распутством. Театр был вопиюще аморален. Граф Рочестер вслед за Т. Гоббсом изображал человека как подлое, жадное, похотливое, лицемерное существо. Исключение составляли произведения Дж. Баниана, рисовавшего странствия человеческой души к «Небесному Иерусалиму» через искушения, грехи и падения земного пути.

    Достижение политического компромисса 1689 г. нашло отражение в произведениях философов, политических писателей, литераторов. Его крупнейшим идеологом стал философ Дж. Локк, который в двух «Трактатах о правительстве» объяснил и обосновал суть происшедшего в Англии переворота. Рост буржуазной предприимчивости нашел отражение в романах Д. Дефо; нравы поклонявшейся чистогану буржуазии и уродства наступающей новой эры высмеивались в едких сатирах Дж. Свифта. Наступала эпоха Просвещения, на которую предшествующая революция наложила неизгладимый отпечаток.

№11. ПОЛИТИЧЕСКОЕ И СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ АНГЛИИ

В 1-ОЙ ПОЛОВИНЕ 18 ВЕКА

   После Вильгельма и Марии королевский титул получила сестра последней Анна (1702-1714); затем правили короли из немецкой династии Ганноверов. Парламент состоял в основном из представителей крупных землевладельцев, они занимали все места в палате лордов и большую часть мест в палате общин. Но последняя представляла и интересы крупной буржуазии: дворяне, заседавшие в ней, являлись и собственниками мануфактур, и финансовыми воротилами. Процесс сращивания землевладельческого и торгово-предпринимательского классов усиливался. В местном управлении тоже преобладали лендлорды. Тем не менее правительство и парламент были вынуждены все больше считаться с интересами буржуазии.

    Продолжала сохраняться двухпартийная система. Тори и виги в принципе мало различались меж собой; их социальная база и интересы, направленные к максимальному извлечению прибылей из сельского хозяйства, торговли, а затем и промышленности, к ограблению колоний, были схожими. Различались лишь политические позиции: тори в основном поддерживали корону, а виги — парламент. И та, и другая партии стремились обеспечить себе наиболее благоприятное положение путем покупки парламентских мест, подкупа делегатов, взяток. Коррупция пронизывала всю политическую жизнь. Уродливым явлением было неравномерное распределение количества депутатских мест по графствам: часто один-два человека в захолустном «гнилом местечке» обладали правом избирать депутата в парламент. Согласно закону о престолонаследии 1701 г., короли из династии Стюартов навсегда лишились права на престол: в политической жизни страны усилилось значение министров, которые несли ответственность за государственную политику перед парламентом. Кабинет министров формировался из представителей партии, имевшей большинство в парламенте. В правление королевы Анны большинство завоевала партия вигов. Однако война за Испанское наследство, приведшая к огромному бюджетному дефициту, ускорила падение вигского правительства. Тори, пришедшие к власти, закончили войну: согласно Утрехтскому миру 1713 г., Англия получила Гибралтар, остров Менорку и право асиенто, т. е. право в течение 30 лет поставлять рабов в испанские колонии в Америке. Однако другие статьи договоров, особенно установление повышенных пошлин на ввозимые в Испанию английские товары, усилили непопулярность правительства тори, и в 1714 г. виги снова пришли к власти. В 1715 г. их правительство упрочилось в связи с подавлением мятежа якобистов, сторонников династии Стюартов.

    В 1721 г. к власти на два десятилетия приходит вигское правительство Г. Уолпола. Оно проводило политику покровительства английской промышленности и торговле, особенно заокеанской. При нем снизились поземельный налог и пошлины на ввозимое в Англию сырье; в то же время были изданы законы о принуждении к труду нищих и бродяг, которых становилось все больше. Росла агрессия в отношении колоний: британские владения в Индии, Америке и Африке расширялись. Англия активно участвовала в войнах за Испанское (1701-1713) и Австрийское (1740-1748) наследства, в Семилетней войне (1756- 1763), в результате чего англичанам удалось еще больше утвердить свое господство в колониях и стать крупнейшей колониальной державой.

    Огромные барыши приносили Ост-Индская, Гвинейская и другие торговые компании, особенно занимавшиеся работорговлей. Предприимчивые купцы обманом или силой перевозили массы африканцев в колонии Северной Америки для рабского труда на плантациях. После войны за Испанское наследство английский король получил исключительное право на торговлю африканцами-рабами во всех испанских колониях.

    В социально-экономической жизни в XVIII в. произошли два важнейших процесса: завершилась начавшаяся еще в XVI в. аграрная революция; после гражданских войн и переворота 1688 г. приобрели огромные размеры огораживания и сгон крестьян с земли. Правительство совершенно прекратило политику сдерживания огораживаний и, наоборот, само издавало акты об огораживании и сгоне крестьян с земли. Те, кто боролся против огораживаний и сносил изгороди, приговаривались к смертной казни. В результате множество мелких крестьян, батраков и сельских ремесленников разорялись и становились «бродягами, искателями заработка в городах. Если в конце XVII в. в руках крестьян находилось еще около половины всей пахотной земли, то спустя столетие английское крестьянство — йоменри — исчезло вовсе.

    Разоренные крестьяне пополняли армию нищих и бродяг, против которых правительство издавало суровые законы. Так, согласно закону 1698 г., все бедняки, получавшие пособие, должны были носить специальные нарукавные знаки. Под страхом жестоких наказаний запрещался самовольный переход нищих из одного прихода в другой: тем самым они принуждались к выполнению самой тяжелой и низкооплачиваемой работы. Приходские власти сами переправляли массы безработных по первому требованию предпринимателей. Широко распространилось принуждение к труду детей бедняков, которых отрывали от семей и отдавали на мануфактуры. Заработная плата, согласно законам 1721 и 1726 гг., регулировалась мировыми судьями на местах; предпринимателям под угрозой штрафа запрещалось повышать установленные ими ставки.

    Вследствие разорения крестьян и мелких ремесленников, которые все больше вытеснялись мануфактурным производством, появился рынок дешевой рабочей силы, что способствовало развитию наемного труда. В сельском хозяйстве мелкие крестьянские владения уступили место средним и крупным фермерским хозяйствам с использованием улучшенной обработки земли, сельскохозяйственной техники, аренды и наемной рабочей силы. Многие разорившиеся крестьяне эмигрировали в колонии Северной Америки.

    За счет концентрации земельных владений в руках крупных лендлордов, интенсивного развития сельского хозяйства, ограбления колоний и торговли рабами складывается слой финансовой буржуазии, в ее руках сосредоточиваются огромные богатства. В 1694 г. земельные магнаты и купцы-предприниматели основывают Английский банк. Благодаря его займам и денежным операциям в XVIII в. складывается разветвленная финансовая система. Само государство оказывается в зависимости от финансового капитала. Со своей стороны оно политикой протекционизма способствовало развитию отечественной промышленности.

№14. АНГЛИЙСКОЕ ПРОСВЕЩЕНИЕ

 В XVIII в. расцвет переживает английское Просвещение, начало которому положили еще мыслители эпохи революции и философ Джон Локк. Для Просвещения как интеллектуального движения характерны идеи естественного человека, который у Локка выступает как гармоничное и совершенное существо, и естественных прав и свобод личности: право на собственность, на демократические свободы, на свободомыслие. Энциклопедически образованные мыслители — Локк, Дж. Толанд, Г. Боллингброк и др.- утверждали приоритеты личности и ее свобод, признавали суверенитет народа и его право участвовать в политической жизни.

    В философии утверждается сенсуализм, выводящий все знания и представления человека из чувственного опыта. Родоначальником сенсуализма явился Дж. Локк, отрицавший «врожденные идеи» Декарта. Дж. Беркли делал из сенсуализма крайние выводы, считая, что реальный мир существует лишь постольку, поскольку он воспринимается нашими органами чувств. Другой выдающийся философ-идеалист — Д. Юм отрицал на основе сенсуализма возможность познания мира. Развивались и учения, близкие к деизму и материализму (Дж. Толанд, Дж. Пристли, Э. Дж. Коллинз, Д. Гартли).

    Потребности экономического роста рождали соответствующие экономические учения, крупнейшим представителем которых явился Адам Смит. Он развивал теории экономического обогащения государства, защищал свободу конкуренции и обосновывал трудовую теорию стоимости. Возникали и новые политические учения, особенно радикально-демократического направления. Их создателями были Т. Мэн, Дж. Пристли, У. Годвин; рождались утопические проекты: Т. Спенс и У. Огильви предлагали преобразовать социально-экономическое устройство.

    Делали дальнейшие шаги история и литература. Наиболее крупные исторические произведения создали Д. Юм и Э. Гиббон. В литературе ведущим жанром становится роман. Вслед за «Робинзоном Крузо» приобрели популярность романы С. Ричардсона, Г. Филдинга, Т. Смоллета. Англия дала миру таких крупных и оригинальных писателей-сатириков, как Дж. Свифт и Л. Стерн. В конце века появилось новое литературное направление — сентиментализм, представленное именами О. Голдсмита и Л. Стоуна. Высокого развития достигла живопись: в XVIII в. работали выдающиеся мастера У. Хогарт, Дж. Рейнольде и Т. Гейнсборо.

    В XIX в. Англия вступает самой развитой в экономическом отношении и могучей колониальной державой, со сложившимися общественными классами — землевладельцами, промышленной, торговой и финансовой буржуазией, рабочим классом, с высокой и многообразной культурой.

№15. АНГЛИЯ В ПЕРИОД ФРАНЦУЗСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ И НАПОЛЕОНОВСКИХ ВОЙН

   XIX столетие Великобритания встретила в состоянии крайнего напряжения и усталости. Семь лет уже длилась война с Францией, развалились две антифранцузские коалиции, питаемые кровью солдат континентальных стран и британским золотом. Источник последнего, согласно французской прессе, был неиссякаем. Однако это не соответствовало действительности. Государственный долг перевалил за 450 млн. фунтов стерлингов (или 3150 млн. руб.). Премьер-министр Вильям Питт-младший ввел прогрессивный налог на все доходы, превышающие 60 ф. ст. в год. Лето за летом приносило обильные дожди, хлеб гнил, урожаи выдавались низкие. В «низах» зрело недовольство.

    Кабинет отвечал репрессиями против недовольных и предупредительными мерами по отношению к тем, кто еще не встал на путь протеста. В 1801 г. вступил в силу акт парламента, лишавший Ирландию, в наказание за восстание 1797 г., своего парламента и самоуправления; ирландцы получили право посылать определенное число своих депутатов в палату общин. С 1794 по 1801 г., т. е. до Амьенского мира, не действовал Хабеас корпус акт, и подданных короны можно было держать в заключении, не предъявляя им судебного иска. Участие в заговоре против монархии и конституции грозило арестом сроком до семи лет, понятие же «заговор» трактовалось очень широко. Были запрещены собрания с числом участников свыше пятидесяти, газеты поставлены под надзор судей, что фактически означало введение цензуры. В 1800 г. был наложен запрет на деятельность «дружеских обществ», агитировавших за увеличение заработной платы и сокращение рабочего дня.

    Но не репрессии помогли Британии выдержать страшное напряжение войны. Опасение вторжения со стороны Франции объединяло нацию; победы французского оружия на континенте не оставили даже следов пресловутого баланса сил, основы основ английской внешней политики; тысячелетняя Венецианская республика исчезла с карты по воле генерала Наполеона Бонапарта; Голландия и Испания очутились в зависимости от Французской республики; наконец, тот же Бонапарт ринулся на Ближний Восток, зону непосредственных интересов Британии, и поставил под вопрос ее господство на Средиземном море. Все это побуждало английские правящие круги к мобилизации сил. Вторая антифранцузская коалиция (1798 г.; Россия, Австрия, Неаполитанское королевство, Португалия и Турция) распалась через два года после поражений австрийской армии при Маренго и Гогенлиндене, нанесенных ей Бонапартом, ставшим первым консулом республики. Великобритания вновь осталась в одиночестве. Она ответила захватом стратегически важного острова Мальта в Средиземном море; в 1801 г. капитулировали французские войска в Египте, брошенные Бонапартом на произвол судьбы. В том же году адмирал Горацио Нельсон ворвался на рейд Копенгагена и сжег стоявшие там на якоре датские военные корабли. Что из того, что Англия с Данией не воевала! Речь ведь шла о сохранении господства на морях!

    Но тут наступил перерыв. Правительство Г. Аддингтона, сменившего Питта на посту премьер-министра, подписало в марте 1802 г. в Амьене мир с Францией. Одной усталостью от войны и разочарованием в связи с крушением второго союза объяснить эту акцию нельзя или недостаточно. Воздействовал и иной фактор: явно ощущалось перерождение характера французской внешней политики, о лозунге «мир хижинам, война дворцам» в Париже позабыли; французская буржуазия явно стремилась к европейской гегемонии. Это было опасно, но все же знакомо; политические и военные катаклизмы устремились в старое русло баланса сил; никаких посягательств на британскую конституционную систему и королевскую власть не наблюдалось; революционным «эксцессам» пришел конец. Но и сокрушить Наполеона не было никаких надежд, значит, следовало попытаться достичь договоренности.

    Договор зафиксировал немалые уступки со стороны Великобритании: она возвращала Франции, Испании и Голландии захваченные у них колониальные владения, кроме островов Тринидад и Цейлон, а остров Мальта — рыцарскому ордену Иоаннитов; ее войска покидали Египет. Французская армия эвакуировала Неаполитанское королевство и Папскую область; но левый берег Рейна оставался за Францией.

    Состоятельные британцы хлынули на континент: наконец-то блистательный Париж стал вновь доступен! Английские леди были шокированы тем, как они отстали от моды за девять лет островного уединения. Владельцы гостиниц, ресторанов, магазинов во Франции подсчитывали полновесные гинеи — наступил первый в истории туристский бум. Некоторые путешественники столь увлеклись осмотром достопримечательностей, что не заметили, как вновь началась война, и застряли на континенте всерьез и надолго.

    Амьенский мир обернулся кратким перемирием. Корсиканский завоеватель не желал останавливаться на полпути, а в Лондоне пришли к выводу, что и так зашли слишком далеко в уступках. Наполеон аннексировал Пьемонт и остров Эльбу, занял своими войсками Швейцарию; Британия не желала расставаться с островом Мальта, ключевой позицией в Средиземном море. В мае 1803 г. единоборство возобновилось; правительство вновь возглавил непреклонный Вильям Питт. Он попытался сколотить «министерство всех талантов», но помешало соперничество лидеров. В конце концов получился, по выражению остряков, «кабинет Билли и Питта» (Билли — сокращенное имя Вильям).

    Страна готовилась к вторжению французов из-за Ла-Манша. Спас ее от этой угрозы адмирал Нельсон: 21 октября 1805 г. он разгромил испано-французский флот в сражении у мыса Трафальгар, заплатив за победу собственной жизнью, а Питт сумел в том же году образовать третью антифранцузскую коалицию.

    Но на континенте дела обстояли из рук вон плохо. Австрийская армия сдала крепость Ульм, покинула Вену; русско-австрийские войска проиграли битву при Аустерлице (теперь — город Славков в Чехии); Австрия подписала мир. Питт не выдержал стольких трагических неудач, его физические и моральные силы были подорваны; он скончался в возрасте 46 лет. Парламент уплатил его долги и устроил ему государственные похороны в Вестминстере. А Наполеон продолжал серию побед; в 1806 г. была разгромлена Пруссия; в следующем году Россия подписала тяжелый для нее Тильзитский договор. На британскую морскую блокаду Наполеон ответил блокадой континентальной: ввел запрет на торговлю с Британией зависимым от него или союзным (как Россия) странам, отрезал ее от европейских источников сырья и рынков сбыта. Англия вновь очутилась один на один с грозным завоевателем.

    Постепенно в кромешную мглу, казалось бы, сплошных неудач стали проникать лучи надежды. Чаша терпения европейских народов переполнилась. Вторжение Наполеона в Испанию в 1808 г. натолкнулось на мощный отпор. Высадившийся на Пиренейском полуострове в помощь повстанцам английский экспедиционный корпус под командованием генерала А. Уэлсли, будущего герцога Веллингтона, начал успешную, хотя и растянувшуюся на несколько лет кампанию. Навязанный России союз с Францией вступил в полосу кризиса. Отчетливо обозначились авантюризм и противоестественность самой идеи установления французского господства в Европе. Континентальная блокада означала попытку разорвать давние, прочные и взаимовыгодные связи между разными частями Европы, а потому была обречена на провал. Но континентальная блокада ударила по британскому потребителю. Цена за картер пшеницы (ок. 290 л) поднялась в 1809-1812 гг. с 75 до 130 шиллингов. Это было время «голодных бунтов» и движения луддитов — ткачей, разбивавших свои станки в убеждении, что безгласная машина разорила их. Луддитов ожидала каторга или смерть на виселице, и лишь один голос прозвучал в их защиту в палате лордов — и это был голос прославленного поэта Джорджа Гордона Байрона.

    Конечно, не в одиночку и не на Пиренейском полуострове можно было сокрушать могущество Наполеона; попытка же перенести военные действия поближе к жизненным центрам неприятеля окончилась сокрушительным провалом. Правда, удалось закрепиться на острове Гельголанд у германского побережья. Но крупномасштабная экспедиция на остров Вальхарен (40 тыс. солдат и офицеров, 1809 г.), завершилась катастрофой.

    Путь к спасению лежал через создание новой коалиции, немыслимой без России,- кроме нее просто не на кого было опереться на континенте. А с Россией Англия после Тильзита находилась в состоянии войны… Английская дипломатия заняла сугубо осторожную, умную и тактичную позицию по отношению к «неприятелю». Крупнейший политик Джордж Каннинг, возглавлявший тогда Форин-оффис, при всяком удобном случае выражал сожаление в связи с расхождением двух держав, кровно заинтересованных в союзе. Средиземноморская эскадра адмирала Д.П. Сенявина, запертая в устье реки Тахо (Португалия), казалось, была обречена на поражение или тяжелую процедуру сдачи в плен. Английский флагман явно не по своей инициативе провел операцию так, «чтобы менее всего были задеты чувства» русских моряков: суда со своими командами приплыли в Великобританию, здесь моряки покинули корабли. Позднее, не дожидаясь примирения, их доставили в Ригу; суда же по окончании «войны» были возвращены России; за те же из них, что пришли в негодность, было уплачено сполна.

    В июне 1812 г. по Британии прошелестел вздох облегчения, пасторы вознесли в храмах благодарственные молитвы: армия «двунадесяти языков» вторглась в Россию. Окончился последний шестилетний этап англо-французского единоборства.

    Грозный союз объединившихся вновь России, Англии, Пруссии, Австрии и Швеции взял вверх над армией Франции. В апреле 1814 г. отрекшийся от престола Наполеон удалился, с видимым почетом, на остров Эльба в Средиземном море. А союзники взялись за трудную задачу мирного урегулирования, при этом Великобритания боролась больше не за территории, а за влияние. Следуя старой традиции, виконт Роберт Каслри, глава Форин-оффис, стремился создать блок государств в противовес сильнейшей державе континента, которой стала Россия. «Сдерживать» ее должны были Англия, Австрия и в близком 38

    будущем — побежденная Франция. Каслри горячо поддержал принцип легитимизма, приняв, таким образом, участие в насаждении в европейских странах больших и малых самодержцев. Сама Британия закрепила за собой острова Мальта, Цейлон и Капскую колонию в Южной Африке. Но, главное, она обеспечила себе торговое и военно-морское преобладание и создала основу для нового баланса сил в Европе.

    По ходу конгресса Наполеон преподнес его участникам сюрприз в виде «Ста дней»; полководческая звезда герцога Веллингтона как победителя грозного корсиканца поднялась высоко после битвы при Ватерлоо. Заботам Британии был поручен самый знаменитый в истории узник: корабль его величества «Беллерофон» увез Бонапарта на уединенный остров Святой Елены в Атлантике — в заключение, ставшее легендой.

№16. ОСНОВАНИЕ БРИТАНСКИХ КОЛОНИЙ В СЕВЕРНОЙ АМЕРИКЕ

 Сказочные сокровища Испанской Америки не давали покоя британским дельцам, активно включившимся в погоню за заморским золотом. Их привлекало не занятое испанцами и португальцами приатлантическое побережье Северной Америки, к овладению которым уже приступала Франция. Главным его богатством оказались не драгоценные металлы, а плодородные земли, населенные немногочисленными индейскими племенами на стадии родового строя. Последнее облегчало задачу колонизации, начатой частными акционерными компаниями — Лондонской и Плимутской. От короля Якова I Стюарта они получили жалованные грамоты (хартии) на заселение новых территорий, собственником которых являлся король, а колонисты — его подданными.

    Первым постоянным поселением англичан в Северной Америке стал форт и поселок Джеймстаун, возникший в мае 1607 г. на земле будущей колонии Виргиния. На первых порах все усилия колонистов сводились к выживанию: большинство погибли от голода, болезней и стычек с индейцами. Только освоение к 1616 г. культуры табака и выгодный сбыт его в Англию позволил оправдать существование колонии и привлечь туда новых поселенцев. Вступивший в 1625 г. на престол Карл I объявил Виргинию королевской колонией и назначил туда своего губернатора.

    Общественная структура и социальные отношения в Виргинии во многом послужили прообразом для остальных колоний. Уже в первом десятилетии там появилась «верхушка» — члены колониальной администрации во главе с губернатором, средний слой — немногочисленные английские джентри, акционеры компаний и другие зажиточные поселенцы, самостоятельно оплатившие переезд в Америку. Все они относились к полноправным гражданам (фрименам). Низший слой общества состоял в основном из людей, посланных в колонию за счет компании по контракту, который обязывал их в течение семи лет (иногда меньше) выполнять те или иные работы по решению администрации. По окончании срока принудительного труда им были обещаны участки земли. Лица, заключившие такой контракт, назывались сервентами.

    Те, кому удавалось разбогатеть, ведя плантационное, обычно табаководческое, хозяйство, образовали слой местной «аристократии». Материальное и правовое положение сервентов быстро ухудшалось: после ликвидации компании контракты подписывались с отдельными хозяевами, не заинтересованными в предоставлении сервентам земли и значительно ужесточившими обращение с ними. Сервенты превратились в бесправных, лишенных собственности кабальных работников, фактически временных рабов. Трудились они в основном на табачных плантациях.

    Плантационное хозяйство, носившее предпринимательский, коммерческий характер, требовало непрерывного притока рабочих рук. Свободные колонисты не шли на такую работу. Без принудительного труда в форме кабального, а также прямого пожизненного рабства негров (черных невольников стали ввозить в Виргинию с 1619 г.) вести крупное хозяйство было невозможно; индейцев же в рабство обратить не удалось. Труд по найму практически отсутствовал, в сельской местности Виргинии и других колоний на богатых землевладельцев работали рабы либо арендаторы. Рядовые колонисты были на положении фригольдеров, которые уплачивали верховным собственникам земли — королю или лорду — фиксированную подать (квитренту).

    Помимо королевской колонии Виргиния в Северной Америке широко распространился другой тип колоний — собственнический. Будучи хозяином заморских территорий, король раздавал земли не только компаниям, но и крупнейшим феодальным аристократам Англии. В 1632 г. Карл I пожаловал Сесилу Калверту, второму лорду Балтимору, хартию на владение северной частью Виргинии (колония Мэриленд). Она именовалась «провинцией», а лорд Балтимор обладал в ней почти неограниченной властью и всеми правами феодального сеньора. Существовал, правда, и коллективный орган управления — Генеральная ассамблея фрименов, но ее созыв и работа полностью зависели от воли лорда.

    В 1681 г. Карл II выдал аристократическому семейству Уильяма Пенна хартию на земли, образовавшие, по имени их владельца, колонию Пенсильвания. На следующий год Пени прибыл в Америку и основал г. Филадельфию. Подобно тому как лорд Балтимор поощрял въезд в Мэриленд своих единоверцев-католиков, Пени оказывал предпочтение гонимой в Англии протестантской секте «друзей» (квакеров), к которой сам принадлежал. Впрочем, в обеих колониях соблюдалась веротерпимость, что привлекало туда поселенцев различного вероисповедания и этнической принадлежности. Так, в колонизации Пенсильвании большую роль играли немцы-меннониты.

    Собственники колоний были лично заинтересованы в заселении земель, с которых собирали ренту, и в мирных отношениях с индейцами (У. Пени даже заключил с ними договор). Однако и там широко использовался рабский труд, причем лорд Балтимор ограничил срок службы сервентов пятью годами и предусмотрел наделение их землей после освобождения. Однако в 70-е годы XVII в. землю там смогли получить не более 4% бывших кабальных слуг.

    К собственническим колониям относились Северная и Южная Каролина, а также провинция Нью-Йорк, первоначально принадлежавшая Нидерландам и захваченная в 1664 г. англичанами. Город Новый Амстердам переименовали в Нью-Йорк, и это название распространилось на всю колонию. В 1685 г. ее владелец герцог Йоркский стал королем Яковом II, а колония — королевской. Южная ее часть, отданная другим владельцам, стала называться Нью-Джерси. Небольшая колония Делавэр, бывшая Новая Швеция, до 1776 г. формально входила в состав Пенсильвании, но пользовалась широкой автономией. Колония Джорджия на крайнем юге британских владений, созданная в 1732 г. как собственническая, через 20 лет отошла под власть короны.

    Заселение северо-восточной части земель, примыкавших к французским владениям (Канаде), дало третий тип колонизации — корпоративный. У его истоков были эмигрировавшие в Америку члены религиозных общин, которые заняли еще не отданные лордам-собственникам земли в Новой Англии, как стала называться эта местность.

    В сентябре 1620 г. группа пуритан-сепаратистов, гонимая религиозными преследованиями, отбыла в Америку на корабле «Мэй-флауэр» по договору с Плимутской компанией и в конце года высадилась на побережье нынешнего штата Массачусетс, где основала поселение Новый Плимут. В последующие годы туда прибыли еще несколько партий эмигрантов. Будучи предоставлены сами себе, колонисты решили учредить «гражданское общество». Еще на борту «Мэйфлауэра» они подписали соглашение, обязавшее его участников строго следовать сообща принимаемым законам «ради общего блага колонии».

    Колонисты учредили выборную губернаторскую власть и высший орган самоуправления — общее собрание фрименов. Сервенты к политической деятельности не допускались, и наделение их землей не предусматривалось. Свободные колонисты поделили между собой участки земли на уравнительных началах, что не помешало в дальнейшем имущественному расслоению, и ввели суровую дисциплину, регламентировав общественную и частную жизнь. Признавая верховную власть короля, руководство колоний собиралось основать общество по образу и подобию «Иерусалима» или «Ханаана» и изгоняло инаковерующих. Огромным влиянием в колонии Массачусетс пользовались пуританские священники. Теократическое правление и религиозный фанатизм вылились во второй половине XVII в. в средневековую «охоту на ведьм». По обвинению в колдовстве в Сейлеме были публично казнены 20 и арестованы 150 человек.

    Это грозило окончательно потушить «светоч демократии», зажженный на «Мэйфлауэре». Даже переход Массачусетса под юрисдикцию короля не изменил обстановку в колонии. Только в первые десятилетия XVIII в. внутренняя оппозиция пуританским ортодоксам усилилась настолько, что с гнетом теократии было покончено навсегда. Современники назвали эту победу разума «Великим пробуждением».

    Массачусетс стал родоначальником ряда поселений Новой Англии, на основе которых оформились колонии Род-Айленд, Коннектикут, Нью-Гэмпшир и Мэн. Из цитадели пуританизма колонисты уходили на поиски более плодородных земель и ради установления либеральных порядков. Так, основателем Род-Айленда стал изгнанный из Массачусетса священник Роджер Уильяме, резко разошедшийся во взглядах с пуританской верхушкой. В этой небольшой колонии, начало которой относится к 1636 г., соблюдалась веротерпимость, церковь была отделена от светской власти, земля не захвачена силой, а куплена у индейцев. Опасаясь «поглощения» более сильным Массачусетсом, «дочерние» колонии заручились согласием Карла II на свою самостоятельность под юрисдикцией короны. Нью-Гэмпшир и Мэн принадлежали собственникам, но это были слабо заселенные местности, и территория последнего вошла в состав Массачусетса.

№17. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ СЕВЕРОАМЕРИКАНСКИХ КОЛОНИЙ АНГЛИИ

Феодализм не мог пустить прочных корней в Северной Америке, где отсутствовало главное условие его существования — монопольное право феодалов на землю. Оно декларировалось, но не соблюдалось в полном объеме, так как заставить колонистов платить квитренту при обилии свободных земель и возможности уйти из владений лорда было явно невозможно. В целом же феодальный строй в XVII-XVIII вв. себя изживал, а условия колонизации не способствовали его искусственному оживлению.

    Феодальное и плантационное хозяйство при некотором внешнем сходстве имели различную природу. Целью лендлорда было получение квитренты с колонистов — держателей его земли либо арендной платы, что он осуществлял по феодальному, праву. Барщинное (фольварочное) хозяйство восточноевропейского типа также основывалось на этом праве. Цель же плантатора — получение прибыли от реализации выращенной на его поле продукции, в производство которой (т. е. в покупку земли и рабов) он вкладывал капитал. Лендлорд таким капиталистом не являлся, ибо получал землю и работников от короля.

    Если попытки насаждать в Северной Америке феодальные отношения были бесперспективны, хотя и удавались на первых порах, развитие плантационного хозяйства имело большое будущее и опиралось на усиленный ввоз сервентов и черных рабов. Работорговля сама являлась чрезвычайно прибыльным делом. В колониях процветали также контрабанда, неэквивалентная торговля с индейцами, у которых приобретались за бесценок или выменивались на спирт и оружие ценные меха. Развивалась земельная спекуляция. Колониальные дельцы по предприимчивости не уступали британским и голландским.

    Основную массу сельского населения (до 80%) составляли фермеры. Те, что жили в «глубинке», вели патриархальное хозяйство — ради собственного прокормления. Земледельцам Массачусетса еще в XVII в. удалось стать фактически частными собственниками, так как они не платили квитренту. В более трудном положении были фермеры •собственнических колоний к югу от Новой Англии, а мелкие арендаторы на землях лендлордов находились в личной от них зависимости. Вместе с тем в Америке развивалось скваттерство — самовольное занятие колонистами нераспаханных земель. Оно подрывало монопольное право на землю, дав толчок стихийному заселению западных земель.

    В Америке установился олигархический тип правления. Из поколения в поколение ею управляли на основе имевшихся хартий наиболее зажиточные и влиятельные семейные кланы. Однако от европейских государств того времени, не говоря уже об остальном мире, власть в колониях в целом отличалась мягкостью, а жизнь была гораздо менее стесненной и регламентированной — разумеется, только у свободных колонистов и исключая первые годы борьбы за выживание, а также более чем полувековую теократию в Массачусетсе. Сложилось, хотя и в несовершенном виде, разделение властей — законодательной в лице ассамблеи или собраний фрименов и исполнительной, которую осуществлял губернатор. От него, как правило, зависела и судебная власть. Большинство губернаторов обладало правом вето на решение ассамблей, однако последние могли сдерживать произвол администрации, пользуясь исключительным правом утверждать бюджет колоний, в том числе размер губернаторского жалованья.

    В Новой Англии огромную роль играли так называемые городские митинги, продолжавшие традицию общих собраний первых колонистов — членов церковных общин. На них присутствовали не только обладавшие правом голоса собственники, но и те свободные колонисты, которые его не имели. Функция этих митингов заключалась не просто в осуществлении «прямой» демократии, но и в поддержании политического равновесия между различными слоями общества.

    Уровень жизни свободных колонистов — по средней ее продолжительности, материальной обеспеченности и др.- был выше среднего европейского. Потомки первых поселенцев практически не знали голода и не испытывали нехватки самого необходимого. Как показали историко-антропометрические исследования, урожденные американцы были более высокого роста, чем европейцы,- они лучше питались, в их рационе преобладали мясо и овощи. В колониях отсутствовали трущобы и такое количество деклассированных элементов, бродяг и нищих, как в Англии эпохи Тюдоров и Стюартов. Европу почти непрерывно сотрясали опустошительные войны, а колонисты жили за океаном гораздо спокойнее, воюя время от времени только с индейцами. Они были избавлены и от того бремени, которое несли налогоплательщики Англии и других европейских стран — по содержанию постоянных армий, королевских дворов и аристократии. В XVII — первой половине XVIII в. колонисты имели определенные преимущества перед жителями метрополии; она брала на себя даже расходы на оборону колоний.

    Важнейшей особенностью американского общества уже на ранней стадии его развития было то, что человек там мог с гораздо большим успехом, чем в Старом Свете, пользоваться результатами собственного труда и предприимчивости. Протестантская вера приучала людей к высокой культуре труда, трудолюбию и бережливости, а честно накопленное богатство считалось признаком божественной избранности человека. Хотя колонизация Америки сопровождалась работорговлей, прямым грабежом индейцев, мошенническими сделками и спекуляцией, обогащением авантюристов всех мастей, основная масса рядовых американцев приобретала собственность упорным трудом, и из них формировался средний класс.

    Свободных колонистов трудно было подчинить власти, исходившей от метрополии. Отсюда — нетерпимое отношение даже к малейшему ущемлению изначально существовавших прав и свобод. Обладая большей экономической, политической и религиозной свободами, чем жители Европы, американцы стремились к их расширению и упрочению, и потому с тревогой и беспокойством относились к ужесточению политики метрополии, полагая, что король и парламент намерены превратить их в зависимое население.

№18. БРИТАНСКАЯ ПОЛИТИКА В СЕВЕРОАМЕРИКАНСКИХ КОЛОНИЯХ И РАЗВЕРТЫВАНИЕ ОСВОБОДИТЕЛЬНОГО ДВИЖЕНИЯ

    В XVII в., когда колонисты больше всего нуждались в опеке метрополии, она была поглощена решением своих внутренних проблем (борьба короля и парламента, революция, реставрация Стюартов). В XVIII столетии все получилось наоборот. Колонии созрели для независимости, но Великобритания, стабилизировавшаяся внутренне и победившая Францию в Семилетней войне 1756-1763 гг., стала полновластной хозяйкой Северной Америки, присоединив Канаду и другие французские владения.

    Попытки метрополии ограничить свободу предпринимательства в колониях и подчинить его своим интересам создавали экономические предпосылки Войны за независимость. Во второй половине XVII и в первых десятилетиях XVIII в. была издана серия парламентских актов, регламентировавших внешнюю торговлю колоний. Запрещалось свободно торговать с другими морскими державами, а также развивать в колониях обрабатывающую промышленность. Но удаленность Северной Америки делала такие запреты малоэффективными, их удавалось обходить.

    Закон 1763 г., запрещавший самовольно переселяться на запад, за Аппалачские горы, должен был удерживать колонистов в определенных административных границах земельной монополии короля и лордов-собственников, пытавшихся увеличить квитренту. Кроме того, британское правительство озаботилось поисками средств для содержания разросшегося управленческого аппарата колониальной империи и размещавшихся там войск. Для этого в 1764 г. вводились новые таможенные пошлины на ряд товаров. Актом 1765 г. предусматривалось расквартирование в Америке 10 тыс. солдат регулярной армии, а для покрытия расходов на них в том же году был принят акт о гербовом сборе.

    В отличие от прежних постановлений данный закон касался практически всех колонистов, так как гербовой пошлиной облагались оформление любых документов и выпуск печатных изданий. Принятие его парламентом вызвало первую бурную вспышку протеста в колониях. Движение против гербового сбора проходило под лозунгом «никаких налогов без представительства». Колонистов возмущала не тяжесть налога (он не был разорительным), а сам факт его введения парламентом, в котором отсутствовали представители североамериканских колоний. Впервые в американской истории наэлектризованные массы вышли на улицы городов. Радикально настроенные колонисты развернули антианглийскую агитацию, создав подобие политических клубов под названием «Сыны свободы». Угрозами и демонстрацией силы они срывали исполнение акта о гербовом сборе, не дав ни одному сборщику приступить к своим обязанностям.

    Одновременно усиливалось аграрное движение против феодальных повинностей, принявших особенно большой размах в колониях Нью-Йорк, Северная и Южная Каролина. Войскам, разбросанным по всей территории колоний, не удавалось закрыть западную границу от скваттеров. В начале 70-х годов XVIII в. развернулась партизанская борьба у Зеленых гор, которые были тогда приграничным районом теперешнего штата Вермонт. Фермеры и сельское население, наряду с частью горожан, составили основную массу будущих борцов за независимость, хотя силы тех и других еще были разобщены.

    Гербовый сбор был заменен новыми таможенными пошлинами, но это не внесло успокоения в колонии. В Бостоне 5 марта 1770 г. произошло столкновение горожан с британскими солдатами, которые, обороняясь, убили и ранили несколько человек. «Сыны свободы» успешно использовали «политику улицы» и неуклюжие действия британских властей для разжигания недовольства. Стала применяться тактика коллективного бойкота привозных английских товаров, самочинных обысков у подозреваемых в сговоре с властями, но без убийств и кровопролития. Одним из самых активных «смутьянов» был бостонский служащий Сэмюэл Адаме, по инициативе которого группа колонистов, переодевшись индейцами, в 1773 г. выбросила на дно бостонской гавани груз английского чая («бостонское чаепитие»). Он же стал основателем «комитетов связи», через которые осуществлялась координация антибританских, или патриотических, сил.

    Англия усиливала нажим, перейдя к крутым административным мерам против Массачусетса, закрыв бостонский порт и присоединив американский северо-запад к своей провинции Квебек (Канада). Патриотические круги по всей стране выступили против этих «нестерпимых актов». В 1774 г. в Филадельфии собрался первый Континентальный конгресс — совет представителей колоний (такой же совет собирался в 1765 г. по поводу акта о гербовом сборе). В принятой «Декларации прав» говорилось о праве колонистов на самоуправление, а также на «жизнь, свободу и собственность». Это еще не было провозглашением независимости, хотя страна стояла на ее пороге. В марте 1775 г. в законодательном собрании Виргинии один из лидеров патриотов Патрик Генри заявил: «Неужели жизнь так дорога и мир так сладок, что их следует покупать даже ценой кандалов и рабства?.. Что касается меня, я не пощажу своей жизни для дела свободы».

    Война началась стихийно 19 апреля 1775 г., когда английский главнокомандующий в Америке генерал Гейдж распорядился захватить склад оружия, устроенный патриотами недалеко от Бостона, и арестовать лидеров «заговорщиков». Посланный им полк завязал бой с вооруженными фермерами в районе Лексингтона и Конкорда. Перевес вначале был у англичан, но при движении обратно (лидеры патриотов сумели заблаговременно скрыться, а часть оружия была вывезена) их непрерывно обстреливали из-за всевозможных укрытий местные жители. Потеряв треть солдат, полк с трудом добрался до Бостона. Первое сражение Войны за независимость было удачным для патриотических сил.

№19. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КОНТИНЕНТАЛЬНЫХ КОНГРЕССОВ И ПРОВОЗГЛАШЕНИЕ НЕЗАВИСИМОСТИ СЕВЕРОАМЕРИКАНСКИХ ШТАТОВ

В 1774 г. в Филадельфии собрался первый Континентальный конгресс — совет представителей колоний (такой же совет собирался в 1765 г. по поводу акта о гербовом сборе). В принятой «Декларации прав» говорилось о праве колонистов на самоуправление, а также на «жизнь, свободу и собственность». Это еще не было провозглашением независимости, хотя страна стояла на ее пороге. В марте 1775 г. в законодательном собрании Виргинии один из лидеров патриотов Патрик Генри заявил: «Неужели жизнь так дорога и мир так сладок, что их следует покупать даже ценой кандалов и рабства?.. Что касается меня, я не пощажу своей жизни для дела свободы».

Собравшийся в мае 1775 г. второй Континентальный конгресс стал уже не колониальным, а американским правительством. На нем, как и на первом, имелись сторонники примирения с метрополией, но ход событий подталкивал членов конгресса к решительным действиям, прежде всего к набору армии. Во главе будущих американских сил был поставлен крупный виргинский плантатор и опытный воин полковник Джордж Вашингтон. В июне добровольческие отряды американцев, еще не организованные в армию, стойко сражались с англичанами при Банкер-Хилле близ Бостона и нанесли им чувствительные потери.

    Огромную мобилизующую силу имел опубликованный большим тиражом памфлет революционного демократа Томаса Пейна под названием «Здравый смысл». В нем убедительно доказывалось, насколько абсурдно бороться за свободу, не порывая с метрополией, и что только независимость и республиканский образ правления дадут Америке великое будущее. Эти слова оказались пророческими.

    4 июля 1776 г. конгресс принял составленную Т. Джефферсоном Декларацию независимости, ставшую эпохальным документом не только американской, но и мировой истории. Это была первая перенесенная на практическую почву декларация прав человека, опиравшаяся на передовые теории английских философов XVII в., особенно Джона Локка, французских просветителей XVIII в., а также на традицию борьбы за свободу американских колонистов. «Все люди сотворены равными,- гласила Декларация независимости,- все они одарены Создателем некоторыми неотъемлемыми правами, к числу которых относятся право на жизнь, свободу и стремление к счастью… Всякий раз, когда форма правления начинает противоречить этим целям, право народа — изменить ее либо вовсе уничтожить и учредить новое правительство…»

    Впервые в истории государственный документ провозглашал принцип народного суверенитета как основу государственного устройства. Декларация обвиняла английского короля и парламент в тирании, нарушении элементарных прав человека и заявляла, что отныне колонии считаются «свободными и независимыми штатами», которые «приобретают полное право объявлять войну, заключать мир, вступать в союзы, вести торговлю и совершать любые акты и действия — все то, на что имеет право всякое независимое государство».

    Говоря о естественных и неотчуждаемых правах человека, Джефферсон изменил традиционную формулировку Локка — право на «жизнь, свободу и собственность». Подобно Ж. Ж. Руссо, великий американский просветитель относил собственность не к естественным, данным человеку от рождения, а к гражданским правам — согласно существующему уровню развития общества. Однако в Америке преобладала «английская» точка зрения о собственности как о естественном праве человека, не менее важном, чем жизнь и свобода. Именно обладание собственностью давало человеку свободу и независимость, в том числе в выражении своих взглядов. Те же, кто ею не обладал — наемные рабочие, арендаторы, прислуга, рабы, замужние женщины, являлись зависимыми и потому не могли, согласно представлениям того времени, участвовать в гражданской жизни и заниматься политикой, т. е. избирать и быть избранными. «Невежественным и зависимым людям можно доверять общественные дела не больше, чем детям»,- заявил в 1787 г. один из создателей федеральной Конституции.

    Сама идея независимости разделялась далеко не всеми американцами. Имелось немало тех, кто по экономическим, политическим и другим мотивам не желал отделения от Англии. Это большая часть лендлордов, королевских чиновников, торговцев, опасавшихся разрыва деловых связей с Англией, а также лица, боявшиеся разгула «черни», анархии и гражданской войны. Они назывались лоялистами — людьми, лояльными королю и парламенту. Часть фермеров и арендаторов также примыкала к ним, если местный лендлорд, их главный притеснитель, поддерживал патриотов. Большинство негров-рабов бежало к англичанам, обещавшим им свободу, поскольку основная часть плантаторов выступала за независимость (экономической причиной этого была их колоссальная задолженность английским торговым домам, от которых они получали кредиты).

    К верхушке патриотов, помимо плантаторов, относились большинство американских купцов, выступавших за свободу торговли и предпринимательства. Они оказывали финансовую помощь делу независимости. Первым, кто поставил свою подпись под Декларацией независимости, был «король» бостонских купцов-контрабандистов Джон Хэнкок. Лидерами патриотов стали молодые честолюбивые политики, стремительно делавшие карьеру в Континентальном конгрессе, местных органах власти и в армии. Большинство простых людей поддерживали независимость в силу демократических убеждений и в надежде на лучшую жизнь, за которую они проливали кровь на полях сражений.

№20. ВОЙНА ЗА НЕЗАВИСИМОСТЬ США

И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ АМЕРИКАНСКОЙ ДИПЛОМАТИИ

 Война началась стихийно 19 апреля 1775 г., когда английский главнокомандующий в Америке генерал Гейдж распорядился захватить склад оружия, устроенный патриотами недалеко от Бостона, и арестовать лидеров «заговорщиков». Посланный им полк завязал бой с вооруженными фермерами в районе Лексингтона и Конкорда. Перевес вначале был у англичан, но при движении обратно (лидеры патриотов сумели заблаговременно скрыться, а часть оружия была вывезена) их непрерывно обстреливали из-за всевозможных укрытий местные жители. Потеряв треть солдат, полк с трудом добрался до Бостона. Первое сражение Войны за независимость было удачным для патриотических сил.

 Военные действия велись с переменным успехом. После первых окрыляющих удач 1775 г. наступила длительная полоса поражений. Британские войска намного превосходили американцев боевой выучкой и количеством, но американцы воевали с гораздо большей энергией и воодушевлением. Дж. Вашингтон умело маневрировал, то нанося стремительные удары, то отступая, а в ряде случаев его небольшая армия просто спасалась бегством. Британскому командованию не удавалось навязать американцам генеральное сражение, в котором они неминуемо были бы разбиты, а Вашингтон не имел достаточно сил для решающей победы.

    Тяжелое положение американских войск усугублялось враждебными вылазками лоялистов, создавших свои военные отряды, которые действовали совместно с англичанами. Снабжение армии Вашингтона было плохим, хронически не хватало вооружения и денег. За фураж и продукты приходилось расплачиваться долговыми расписками, заменявшими порой жалованье офицерам и солдатам. Англия также испытывала трудности с переброской больших масс войск. Еще в 1775 г. король Георг III обратился к российской императрице Екатерине II с просьбой предоставить 20-тысячный корпус, но получил категорический отказ. Недостающие войска были набраны в германских княжествах, поставлявших за большие деньги наемных солдат. К концу Войны за независимость в Америке находилось около 56 тыс. английских солдат, армия Вашингтона и в лучшие для нее времена не превышала 20 тыс., но ее поддерживали многочисленная иррегулярная милиция (ополчение) и партизанские отряды.

    После тяжелых боев близ г. Нью-Йорка осенью 1776 г. Дж. Вашингтону с трудом, благодаря счастливой случайности, удалось спасти остатки армии. Она смогла оправиться и зимой 1776/77 г. нанесла врагу чувствительные удары в штате Нью-Джерси. Осень 1777 г. принесла американцам, с одной стороны, поражение (английские войска заняли столицу США Филадельфию), с другой — победу (на севере). 7-тысячный корпус англичан был окружен у Саратоги превосходящими силами добровольцев и милиции и капитулировал. Известие об этом помогло действовавшему в качестве дипломата Б. Франклину заключить союз с Францией (1778).

    После Франции в войну с Англией вступила Испания (1779), на следующий год — Голландия. Хотя для последних война не была удачной, международная изоляция Англии увеличила шансы американцев на победу. Россия и Австрия выступили с предложениями мирного посредничества, а создание в 1780 г. Россией системы вооруженного морского нейтралитета было направлено против произвола Англии на морях — захвата торговых кораблей нейтральных держав. В числе добровольцев, сражавшихся за независимость Америки, были маркиз де Лафайет, которого во Франции прозвали «героем Старого и Нового Света», российский дворянин Г.Х. Веттер фон Розенталь, польский патриот Тадеуш Костюшко и др.



Страницы: Первая | 1 | 2 | 3 | ... | Вперед → | Последняя | Весь текст


Предыдущий:

Следующий: