Сборник смешных и поучительных историй


Сборник смешных и поучительных историй, рассказанных мне моим дедом.

Сборник смешных и поучительных историй, рассказанных мне моим дедом.

Светлой памяти моего деда посвящается.

Предисловие.

В данном сборнике будут представлены истории и рассказы моего деда о жизни деревни Губино середины и конца тридцатых годов двадцатого века, а также иные его рассказы.

Сборник делится на две крупные части: Губинскую и Отдельную, которая повествует о более поздних событиях, чем тридцатые годы.

В каждой части будут циклы историй (объединение по одной теме или герою), но будут и отдельные рассказы, которые нельзя причислить к циклам.

Речь книги дословно и точно передает речь деревенских людей того времени, поэтому не может быть никоим образом изменена. Вопросы по поводу самой речи и ее простонародной формы должны быть заданы не автору, который лишь передает сказанное, а к давно ушедшим людям ушедших времен.

Истории вполне реальны и имели место быть на самом деле.

Со слов Ерохина Анатолия Михайловича мною было записано верно и почти без изменений, кроме некого «олитературивания» текста.

Итак, я представляю читателю этот достаточно крупный сборник и желаю приятного чтения.

Алексей Лебедев.

Часть Губинская.

В этой части будут представлены истории, касающиеся детства моего деда и повествующие о середине и конце тридцатых годов двадцатого века. Одна самая известная и «каноническая» история будет приведена и в моем английском переводе.

Цикл 1. Архип и его семья.

История 1. Архип и кошка.

Жил в деревне Губино на Александровской улице, недалеко от дома моего деда, глухой мужик Архип. И была у этого Архипа кошка.

Идет Архип однажды по улице с ружьем, а на поводке ведет кошку.

— Дядя Архип! Куда это ты с кошкой, на охоту, что ль? – спрашивают его мальчишки.

— Какая охота! Вот кошку надо убить, слишком много жрет! – глухим и низким голосом отвечает Архип и идет дальше.

Может быть, он убил кошку (это осталось неизвестным – прим. авт.), но жить лучше не стал.

Story 1. Of Archip and his cat.

My grandfather, who told me this story, lived in the village Gubino (in Aleksandrovskaya street) in 1930-s.

Not far from grandfather’s house there was a house of a deaf Archip and there lived a cat with him.

Once upon a time Archip walked in the street with his gun over his shoulder and there was the cat on the leash.

— Uncle Archip! Where are you going with your cat? Are you going to the hunting? – The boys asked him loudly.

— No, I’m going to kill this cat because it eats too much! – answered Archip and went on.

Thus he maybe killed the cat (we don’t know well about it), but he didn’t live better…

История 2. Сережа и Маруся.

Маленький, толстый, похожий на колобок, Сережа был картавым и шепелявым братом глухого Архипа.

И была девка Маруся – она возила дрова из лесу себе домой. Дрова, скорее всего, воровались у лесорубов.

Сережа же был вроде охранника дров и надзирал за их применением и вывозом.

И в один прекрасный день Сережа застал Марусю за этим неблаговидным занятием.

— Стой, гузи́ (гужи́ – прим. авт.) рубить буду! – крикнул Сережа, пытаясь честно работать.

— Постой, не надо, ты лучше зайди-ка сегодня вечером ко мне на чай! – ответила неожиданным приглашением Маруся.

…Вечер. Нарядился Сережа в лучшую свою рубаху.

— Куда это ты собрался? – что-то подозревая, спросила Аксинья, его жена.

— … Погулять… — соврал Сережа.

Вскоре он добрался до дома Маруси. Та мыла полы.

Услышав шаги, Маруся поняла, что Сережа все же пришел на чай, и решила открыть ему дверь. И она пошла к двери с мокрой и грязной тряпкой в руках.

Сережа в очередной раз постучал в дверь. Маруся ее открыла и сразу же дала первый удар мокрой тряпкой по Сереже.

— Марутя, Марутя, это я, Селёза! – восклицал удивленный человек.

Так Сережа был с позором выгнан и пошел домой несолоно хлебавши.

Пришел наш герой домой.

— Ты это где так? – спросила у грязного и мокрого Сережи Аксинья.

— Э.. в лузу (лужу – авт.) упал, – ответил Сережа, запинаясь.

— Да какая лужа, на улице мороз! – закричала разъяренная Аксинья.

Неизвестно, что было дальше, но Сереже пришлось несладко…

История 3. Пы́ля, яблоки и дробь.

Полезли мальчишки, в том числе и Пы́ля, в Архипов сад за яблоками. А что, он хоть и сторожит, да глухой – чай не услышит.

Набрали яблок кто сколько смог, все благополучно перелезли через забор. Пыля же повис, и оказалось так, что его задняя часть его по пояс осталась по Архипову сторону забора.

Тут Архип-то и проснулся, увидел, вскинул ружье и выстрелил Пыле в пятую точку. Тот продолжал висеть, крича.

Вызвали Архипа в сельсовет, спрашивают, мол, что ты делаешь-то?!

А Архип им и отвечает (далее – речь Архипа, записанная точно со слов его): «Это хорошо, что дробь была мелкая, не то б я ему всю ж… разворотил!»

Вот так Архип выкрутился, но, если честно, что вышло из этой истории впоследствии, мне неизвестно.

История 4. Архип и ножи.

Архип рассказывает: «Вот иду я по улице, слышу – в подполе лося делят, ножами скрипят. Остановился – притихли, пошел – опять ножами заскрипели…»

Делили там лося или нет, да только Архип глуховат был…

История 5. О журавле и Сереже.

Журавль в данном случае есть длинный шест с противовесом, служащий рычагом для подъёма ведра с водой из колодца; колодезный журавль, прим. авт.

…Народ губинский ставил журавль на колодец. Естественно, его нужно было поднять, а это делалось вручную, с помощью силы и веревок.

Сережа тоже принимал участие в этом достаточно значимом деле, но не очень рьяно. Так, слегка тянул веревку, делая вид, что трудится.

И вдруг веревка лопнула, и все мужики, с силой ее тянувшие, попадали на землю.

Сережа стоял и ничего не понимал – почему все лежат на земле? Но, что-то уяснив, он решил сделать то же самое – и повалился на землю.

Мол, я тоже работал…

Цикл 2. О Маслове.

История 1. О поросенке Маслова.

Хотел Маслов на праздник свинины поесть, да и людей пригласить на торжество. Что был за праздник, неизвестно, но нужно было зарезать поросенка, да получше, ведь такие блюда из свинины в магазине-то не купишь – надо заколоть свинью и из нее готовить.

Подобрал Маслов лучшего из поросят, да и собрал мужиков, чтобы его зарезать – мол, давайте, ребята, заколем, съедим!

Животные же очень сильно чувствуют приближение своей скорой и неминуемой кончины, поэтому даже самые безобидные поросята перед смертью становятся бешеными и дикими кабанами и могут даже убить человека.

Поросенок этот понял, что его могут зарезать, и давай носиться по всему двору, убегая от преследовавших его мужиков – а те бегают, ножами машут, колют…

Через некоторое время исколотый поросенок был побежден и съеден.

Животное жалко!!!

История 2. Маслов в армии.

Пожилой в дедушкино детство, Маслов в свое время служил в армии. Сейчас из этой истории будет выделено два рассказа как подтемы.

Рассказ 1. «Мне и Маслову».

Маслов любил поесть. Поэтому он поступал довольно хитро: в полевой столовой он брал две тарелки с едой.

Когда же повар спрашивал его, почему две порции он берет, Маслов отвечал: «Мне и Маслову».

Русский человек как всегда гениален!

Рассказ 2. «Хорошо Маслов приземлился!»

Маслов оделся в несколько толстых шинелей.

Естественно, он не смог забраться в грузовик для перевозки воинов.

Его сослуживцы, увидев это, подошли к нему, подняли, раскачали – и кинули в машину.

Ответом им было: «Хорошо Маслов приземлился!»

История 3. Маслов в санатории.

В этой истории тоже будет два малых рассказа, повествующих о приключениях пожилого Маслова в санатории.

Рассказ 1. Маслов и люстра.

Однажды Маслову досталась путевка в санаторий, куда он благополучно и отправился. О его приключениях мы сейчас и расскажем.

Приехал Маслов в санаторий. Видит – необычная люстра! Дело в том, что в те времена электрические светильники были большой редкостью, особенно для жителей села или деревни.

А Маслов и размышляет, стоя под люстрой: «Это сколько ж феноге́ну (керосину -авт.) надо!»

Стоит удивленный Маслов, пытается задуть лампу – ему все еще кажется, что там керосиновые лампы.

Молодежь безуспешно начинает его переубеждать – говорит, что задуть нельзя, ведь лампы-то электрические!

— Я-то понимаю, что электрическая, но феноген-то куда заливать? – упрямо вопрошал Маслов.

Рассказ 2. Мертвый час.

Тихий час, мертвый час – все равно отдых, послеобеденный сон.

Такой же мертвый час был положен и в санатории.

И вот объявили: «Мертвый час!»

И тут произошло непредвиденное: Маслов стал быстро собирать свои вещи в дорожную сумку, пытаясь поскорее покинуть санаторий.

— Нет, я не хочу умирать, у меня дома жена, дети! –кричал Маслов, думая, что ему конец.

Насилу уговорили остаться, объяснив насчет «мертвого часа».

История 4. Часы и Маслов.

У Маслова имелись часы, и довольно неплохие по тем временам. Они были на массивной цепи, извлекались им из кармана, и только после этого открывалась Масловым их тяжелая крышка – да с каким звуком!

Но вот пользоваться часами наш Маслов, по-видимому, не умел. Ведь когда бы его ни спрашивали: «Который час?», он всегда отвечал: «Певрый!» (первый час – прим. авт.)

Кстати, когда его спрашивали о месяцах, он перечислял их, и, путая июнь и июль, говорил так: «Два юля и август».

Цикл Нифа́ и Сантёр.

История 1. Куранты.

Два мужика, Нифа и Сантер, ездили по городам и весям да чистили колодцы.

Однажды они приехали в Москву, уж не знаю, зачем. Нифа, увидев кремлевские куранты, сказал: «Смотри, Сантер, они ж неправильно ходят – пока эта оглобля провернется, а наши часы вон как быстро ходят!». Затем он предъявил ходики, стрелки которых быстро бегали по кругу.

История 2. «Сахар!»

Нифа стоял в этой очереди очень долго, и, скорее всего, был последним. Очередь же была за сахаром.

Сантер, увидев Нифу, подошел и спросил, за чем это он тут стоит, на что Нифа ответил, что стоит за сахаром.

— Да вон в том магазине сахару много, и очереди там нету! – крикнул Сантер, указывая на какой-то магазинчик.

И все кинулись туда, хотя, возможно, это был и не продуктовый вовсе, да только Нифа с Сантером набрали сахару, сколько им надо было…

Цикл Евстигне́й Иваныч.

История 1. «Нешто лёжа!»

Шел пьяный Евстигней Иваныч, держась за забор. И вдруг получил от мужиков предложение – выпить еще.

Но он и так уже не мог стоять, поэтому отказывался и продолжал идти.

И тут Евстигней упал – дырка, видать, в заборе, вот и промахнулся.

— Будешь пить? – спросили его мужики.

— Нешто лежа, — ответил им Евстигней Иваныч.

Залили ему в горло водки, а под конец повеселиться решили…

— Тьфу, фиг она, пробка! – выплюнув инородную закусь, сказал Евстигней Иваныч.

Что было дальше, и как он дошел до дома, доподлинно не известно.

История 2. «Вот заезжаю я раз…»

Евстигней Иваныч, обычный, как вы уже догадались, деревенский пьяница, брел по улице.

Вдруг смотрит – а мужики его выпить приглашают. Но Евстигней ответил, что уже пил, только у попа. (Неизвестно, пил ли он у него на самом деле, но по его словам было все именно так).

Спросили его мужики, как, мол, это все было-то?

— Вот захожу я раз к попу в дверь, вижу – стол стоит, за столом поп с попадьей сидят, на столе самовар стоит, с пуговкой, с крантиком, шипит, дьявол! – рассказал им Евстигней.

Ему налили, он выпил, и рассказ начал меняться.

— Так как же ты все-таки к попу попал?

— Вот заезжаю я раз к попу в дверь, вижу – стол стоит, за столом поп с самоваром сидят, на столе попадья стоит…

Ему еще раз налили, он еще раз выпил и продолжил.

— Так как же ты, Евстигней Иваныч, к попу-то попал?

— Вот заезжаю я раз к попу в окошко, вижу – стол стоит, на столе поп стоит, с пуговкой, с крантиком, шипит, дьявол…

Вот что может водка с человеком сделать!

Цикл «Русско-финская война».

История 1. Как наши финнов били.

Дед мой в то время был маленьким, лет десяти. В то время мальчишек было много, и игр тоже – в футбол, в войнушку – эта игра порой собирала более десятка человек с каждой стороны! И ходили – красные на белых, белые – на красных, а вот уже подошел и новый сюжет – наши против финнов.

И те, кого можно назвать финнами, нашлись.

Финны были злые и заносчивые, и жили на Новой улице, бывшей рядом с Александровской. Так появился некий противник, и с ним надо было бороться – бились палками, камнями, и т.д.

Сражений было много, и выигрывали то одни, то другие. Но у наших была пушка. Да-да, настоящая пушка, стреляющая булыжниками или щебнем. И победы доставались ребятам иногда и благодаря ей.

И однажды наши вышли на старое доброе поле бить финнов. Кидались камнями, бились на палках. Наши нанесли артиллерийский удар, затем еще один – и после него пушку и разорвало.

Да, победа была за нашими, но пушку-то так и не восстановили!

История 2. «Назад, назад!».

Опять собрались наши драться с финнами.

И повел их в бой Дуде́тко – высокий, длинный и здоровый. Но сила есть – ума не надо.

— Я поведу вас в атаку! – крикнул нашим Дудетко.

— Хорошо!

— Вперед!!!

Закипело сражение.

— Вперед! – зычно кричал Дудетко.

И тут ему в лоб попали камнем.

— Назад, назад! – кричал, отступая, тот же Дудетко.

Цикл Федор Федорович Гуза́нов.

Гузанов, Федор Федорович – житель деревни Губино, пьяница и разгильдяй.

История 1. Для милых дам.

Жена Федора, Груня, сидела и смотрела в окно. Видит – бабы у колодца собираются.

Груня хвать ведро, да и на улицу.

Приходит муж Груни, Гузанов. Смотрит – а жены-то нет! Ждет ее. Долго ждет.

Выглядывает из окна – а жена там, у колодца, с бабами болтает!

Федор Федорович берет табуретку, выходит из дому, подходит к колодцу, ставит табурет перед женой и говорит! «На, посиди, устала!».

…Груня быстро ведра водою наполнила – и домой!

История 2. «У Христа триста́…»

Приходит домой Груня, да и говорит Федору: «Федя, мы картошку не посеяли еще, а другие-то уж окучивают!»

Он ей говорит, что, мол, успеем.

Через некоторое время опять: «Люди уж собирают, а мы и не окучивали!»

А Гузанов-то и говорит: «Ну что ты, Груня, успеем! У Христа триста, да у Богородицы двести!»

Говоря так, он имел в виду дни, что есть в запасе…

История 3. Про волю и брагу.

Лежит на печи Гузанов – плохо ему, наверное. А около печки внучка его сидит.

— Деда, а под подушкой бродяга (брага – авт.) лежит!

— По кой черт он туда залез?

— Его бабушка под подушку положила.

— А ну-ка подай-ка сюда кружечку!

Возвращается Груня домой. Видит – пьяный муж на печи лежит и поет.

— Да здравствует свободная воля! – поет Федор.

— Какая воля! Я тебе сейчас покажу волю! – кричит закипающая жена.

Ох, и несладко ему пришлось…

Автономный цикл Отдельные Рассказы.

Есть такие рассказы, что циклом их не соберешь, и это может сделать их очень интересными. Я помещу здесь истории, которые не вошли в циклы, но относятся к детству деда.

История 1. Гнилушки.

Гнилушки – куски трухи, доставаемой из дупел деревьев, преимущественно старых ив; они светятся неприятным зеленоватым светом – примерно тем страшным светом из фильмов ужасов, поскольку содержат фосфор или что-то вроде него.

Естественно, дети используют гнилушки для того, чтобы пугать друг друга.

Дед мой тоже так делал. Обычно собиралась компания из нескольких мальчишек, надевала простыни или мешки, каким-то образом вставляла в глазные проемы гнилушки; или же ребята как-то мазали простыни этими гнилушками – но главное, чтобы что-то светилось.

И айда девчонок пугать из-за темных углов!

История 2. Малинник.

Дед с друзьями однажды бродил по лесу в поисках грибов.

Но, к несчастью, они сами не заметили, как заблудились.

В итоге, они вышли на небольшую поляну. А там – малинник, да какой! Ягод много, сами ягоды крупные, вкусные!

Пометили как-то это место, и пошли дальше – и вскоре выбрались из лесу.

На следующий день, взяв побольше народу, пошли наши ребята в лес.

Самое обидное – малинника-то не нашли!

История 3. Стальная нога.

Дед с друзьями ходил и на рыбалку, на речку Нерскую.

Однажды в кустах, что около той реки, они нашли стальную ногу. И решено было ими – отдать протез военному – Витьке Козлу.

Ребята сочинили что-то вроде песни про находку:

Не в земле, в небесах,

А на речке, в кустах,

Эту ногу стальную мы напёрли (нашли — авт.)



Страницы: 1 | 2 | Весь текст


Предыдущий:

Следующий: